Я вырвала свою ладонь из его руки и прижала её к своей груди, пряча кольцо.

— Ни за что. Оно великолепно.

— Мы будет очень счастливы.

— Я уже счастлива.

Шестнадцать месяцев спустя, 12 января…

Джек

Я стоял в самом конце импровизированного прохода, который был расположен во дворе дома моих бабушки и дедушки. Двор был преобразован в страну чудес. Каждое дерево, каждый куст и даже ветка были украшены множеством маленьких лампочек.

Я стоял под большим деревом, с ветвей которого свисали фонарики в виде свечей. Большие банки Мейсона были расположены в два ряда, образуя проход. Каждая банка на пару дюймов была заполнена четвертаками, которые в свою очередь удерживали на месте белые свечи. Я взглянул на несколько круглых столиков, украшенных белыми аксессуарами, и улыбнулся.

Я посмотрел на своих товарищей по Фултон Стейт, родителей Кэсси, на бабушку, Нору, и, наконец, на Маттео и Трину, которые начали встречаться довольно скоро после того, как Трина и Кайл расстались. Я понял, что улыбаюсь, глядя на эту небольшую группу друзей и членов семьи, заполнивших небольшой двор, которые были рады разделить с нами этот интимный момент.

Мне нравился тот факт, что у нас с Котенком были одинаковые взгляды на проведение свадьбы. Слава Богу, что никому из нас не захотелось большой помпезной свадьбы. Хотя, если быть честным, я бы дал её все, что она только попросила бы. Мы оба хотели провести небольшую вечеринку в кругу наших близких и друзей. Поэтому мы предпочли более непринужденную обстановку дресс-коду. Я взглянул на свой темно-серый костюм и поправил черный галстук.

Где, черт возьми, пропадал Дин?

Я улыбнулся бабуле, которая уже держала свой носовой платок около глаз, когда отошел от алтаря. Она опустила руку и спросила.

— Джек? Ты куда?

— Пойду найду Дина.

Я вихрем влетел в дом, стараясь случайно не увидеть Кэсси, пока искал своего брата, который куда-то испарился за несколько минут до начала церемонии. Я зашел на кухню. Там было пусто. Заглянул во двор и гостиную. Никого там не обнаружив, я пошел в сторону наших спален.

Двери в мою и его комнаты были закрыты. Я знал, что Кэсси была в моей комнате, поэтому постучал в дверь в комнату Дина, прежде чем повернул ручку. Я не стал ждать ответа, а просто открыл дверь и буквально ввалился в комнату.

— Черт. Ну в самом деле?

Я увидел своего брата. Он лежал на полураздетой Мелиссе. Его язык был глубоко в её глотке, а руки блуждали бог-знает-где.

— Убирайся, Джек. Господи, — закричал Дин, прикрывая собой Мелиссу.

— Вы двое, не могли бы вы продолжить свое интересное занятие после окончания церемонии? Мне бы хотелось жениться сегодня, — закричал я. Мое терпение было на пределе.

Я захлопнул дверь в комнату Дина и постучался в соседнюю дверь, своей старой спальни.

— Котенок?

— Не входи сюда, Джек! — закричала она, и я рассмеялся.

— Я не вхожу. Я просто хотел сказать, что не могу больше ждать, и страстно желаю увидеть тебя. Убедись, пожалуйста, что эти двое покинут спальню Дина. И скажи, что они могут трахаться сколько угодно, после церемонии.

— О мой Бог, — крикнула Кэсси из-за двери. — Так вот где Мелисса? Я уже полчаса жду, когда она вернется.

— Ну, тогда тебе придется ждать её вечно, если ты не вытащишь её оттуда. Скоро увидимся, — сказал я, прислонившись щекой к стене.

Еще раз быстро постучав в комнату Дина, я прокричал.

— Давай, братишка! Пойдем!

Поскольку было опрометчиво оставлять его наедине с Мелиссой, я подождал, когда он выйдет из своей комнаты, прежде чем вышел на улицу. Я пихнул его локтем в бок, пока мы шли по проходу в сторону дерева.

— Ну в самом деле, не могли заняться этим позже? — прошептал я.

— Ты шутишь? С ней позже может означать никогда. Я брал то, что мог получить здесь и сейчас.

Я покачал головой.

— Не завидую тебе, брат.

— Да? — он посмотрел на меня. — Ну, тогда, наверно, я завидую тебе.

— Есть чему, — сказал я. У меня действительно было чему завидовать.

Если бы я был другим человеком, то завидовал бы себе. Я переступал с ноги на ногу, пока ждал, когда начнется самый лучший день в моей жизни. Люди обычно говорят, что сильно нервничают в день своей свадьбы, но я не нервничал. Если какие эмоции и захлестывали меня, то это был восторг. Я не мог дождаться, чтобы сделать эту девочку своей женой, и всю оставшуюся жизнь заставлять её улыбаться.