— Да, мистер Ломбарди упомянул, что ты хочешь продлить бронь машины на время игры. Правильно?

— Да, но есть кое-что еще.

— Что?

Я откинулся на стуле, прикидывая, как правильно сформулировать свою просьбу.

— Прошлым вечером во время игры некоторые болельщики кричали оскорбления в адрес Кэсси. И, как я полагаю, жены других игроков команды настоящие стервы, и ничего не сделали, чтобы ей помочь. Также репортеры фотографируют её, а потом выкладывают эти фотки в сеть. Я был бы очень благодарен, если бы ты привозил её на стадион, и сидел с ней во время игры, чтобы она не была одна.

— Значит, ты хочешь, чтобы я привозил её на стадион, а затем оставался с ней во время игры?

— Да. Но также мне нужно, чтобы ты приглядывал за ней. И если кто-нибудь обидит её, мне нужно, чтобы ты разобрался с этим.

— Как телохранитель?

— Ну, если ты называешь это так, то да. — Маттео поерзал на стуле, и я добавил: — Вот почему я хотел поговорить с тобой. Если тебе неприятно этим заниматься, я найду кого-нибудь еще.

— Я никогда не говорил, что мне неприятно, — ответил он резким тоном, от чего сразу обострились мои оборонительные функции.

— Ну, я понял. В общем, я хотел попросить тебя об этом, потому что очевидно, что ты сильный, и, я полагаю, что люди находят тебя устрашающим.

Кроме меня, конечно.

Он рассмеялся.

— Вообще-то у меня нет проблем со всем этим. Мне просто нужно знать границы дозволенного.

— Что ты имеешь в виду? — я дернул головой в его сторону, и мои мускулы напряглись.

Ему лучше не разговаривать о своих границах дозволенного с Кэсси. Или я надеру ему задницу прямо здесь в ресторане его кузена.

— Я просто хотел узнать, что конкретно будет входить в мои обязанности? Если кто-нибудь нагрубит ей, ты хочешь, чтобы я выбил грубияну зубы, заставил его заткнуться или ничего не делал?

Это была моя идея, но я уже её ненавидел. Было мучительно думать, что кто-то другой будет защищать мою девушку. Я должен быть единственным, кто будет защищать её, но я был вынужден передать эту обязанность другому парню. Парню, который выглядел как чертова модель из журнала.

— Я не думаю, что ты должен устраивать подобное зрелище, пока в этом не будет резкой необходимости. Не надо слишком сильно реагировать на подобные выпады, так как это только привлечет внимание прессы. — Он кивнул и я продолжил. — Я просто не хочу, чтобы Кэсси была одна на стадионе. Я думал, что она подружится с женами и подругами других членов команды, но судя по всему, этого не случится… Поэтому мне нужно принять другие меры, чтобы обеспечить ей безопасность.

— Я понимаю.

— И как ты к этому предложению относишься? Мне нужно точно знать, — спросил я, ожидая колебания в принятии окончательного решения с его стороны.

— Я согласен. Без проблем.

— Отлично, — я улыбнулся, радуясь, что мы достигли взаимопонимания. — Послушай, это девочка моя жизнь, и я не могу смириться с тем, что кто-то обижает её. Я бы разобрался с этим сам, если бы мог играть и в то же самое время оберегать её, но я не могу.

— Я должен приступить к своим обязанностям уже сегодня вечером?

— Да, если это возможно.

— Я уже освободил свое расписание.

— Хорошо. Я ценю то, что ты делаешь для нас.

— Я не допущу, чтобы с Кэсси что-то случилось. Я обещаю, — на его лице появилось серьезное выражение, его губы сжались в тонкую линию. Я верил ему.

Кэсси

Маттео приехал к моему офису точно в шесть, как и написал мне в сообщении Джек. Он ждал меня в машине около парадной лестницы, пока я заканчивала редактировать фотографии. Сегодняшняя игра станет первой, когда он будет на стадионе вместе со мной, и я нервничала. Не потому что буду наедине с Маттео, а потому что теперь меня будут фотографировать не с Джеком, а с другим парнем.

Маттео был не просто симпатичным парнем, а прямо-таки шикарным. Я начала задаваться вопросом, была ли наша затея хорошей. Не получится ли так, что мы невольно сами дадим окружающим больше поводов ненавидеть меня?

Я вздохнула, прежде чем направилась к лифту. Напряженность ситуации начала изматывать меня. Мне не нравилось то, что приходилось думать обо всем этом, прежде чем выйти на улицу. Из-за всей этой ситуации я не могла полноценно насладиться вновь обретенным счастьем. Я была слишком озабоченна тем, что происходит вокруг меня, вместо того, чтобы просто сидеть на стадионе и получать удовольствие от игры Джека.

Я ненавидела это.

Я увидела Маттео в тот момент, как только открылись створки лифта. Он улыбался, и я не смогла удержаться, чтобы не улыбнуться в ответ.

— Забираю тебя на свидание, — сказал он и подмигнул мне.

Свидание?

— Да уж, похоже на то, — сказала я, молча ругая себя, что согласилась с таким определением.

Я подошла к машине, и когда Маттео распахнул заднюю дверцу, я не стала садиться. Вместо этого я распахнула переднюю дверь со стороны пассажира.

— Мне не нравится сидеть на заднем сиденье, пока ты везешь меня на стадион. Это глупо.