– Нет! Нет, нет, нет.

Я, встав, рванула к двери, но открыть её не успела.

– Лина!

Надо мной склонилась Эрика, она выгладила встревоженной.

– Маркос! – я села на кровати. Комната была залита солнечным светом. – Мне надо…

Я встала и пошатнулась, Эрика схватила меня за локоть, чтобы я не упала.

– Тебе полежать надо, - услышала я слова девушки, но не обратила на них внимания. Я вышла в коридор и направилась в комнату Маркоса. Мне нужно его увидеть и убедится, что с ним все хорошо, что пуля не задела его сердце. И ещё этот сон…

Я, не постучавшись, зашла в комнату.

Маркос сидел на диване в дальней части комнаты. Вампир был без рубашки, она лежала на столике рядом, в руке он держал большой пинцет. Грудь Маркоса была в крови, кровь маленькими струйками стекала вниз по груди на живот и ниже. Мужчина был бледным и на вид очень слабым, но руки его не дрожали. На столике напротив дивана лежала его рубашка, железная миска с какой-то жидкостью и белые полотенца, некоторые из которых были в крови.

Я закрыла дверь, Маркос поднял на меня взгляд. Не смотря на то, что лицо вампира было бледным, в глазах была сила.

Я осторожно подошла к нему, Маркос не сводил с меня глаз. Мои руки начали дрожать, когда я просела рядом.

– Ты… Почему кровь не останавливается? – спросила я, переведя взгляд с глаз Маркоса на его грудь и обратно.

– Пуля серебряная. Она не дает ране затянуться, - Маркос взял полотенец и вытер свою грудь. – Если не хочешь видеть, как я вынимаю пулю, то прошу уйди, потому что я как раз этим и собирался заняться.

– Нет, я останусь…. Если ты не против.

Маркос кивнул. Вампир взял пинцет поудобней и прислонил тот к своей груди. Я сжала пальцы, смотря на все это. Я видела, как пинцет погрузился в тело вампира, всё глубже проникая в тело. Затем, мужчина немного покрутил пинцет и начал тянуть его обратно. Моё сердце сжалось, когда я услышала тихий стон боли. Лицо Маркоса было напряжено, глаза смотрели вперед, а рука тянула пинцет наружу. Когда пуля была извлечена, тело Маркоса расслабилось.

– Ох, - я прислонила свои дрожащие руки к своим губам. Я боялась, что заплачу от всего этого.

Вампир кинул пинцет и пулю в миску, вытер руки полотенцем.

– Кровь сейчас остановится?
– спросила я.

– Пока я не выпью достаточно крови, рана не затянется, - Маркос вытер кровь, которая текла по его груди.

Я резко встала и на слабых ногах подошла к окну, встав спиной к вампиру. Руки дрожали, и я сложила их на груди.

Сместить пуля немного в сторону, она попала бы в самое сердце… Тогда бы Маркос… Нет, не хочу об этом думать. И как назло, перед глазами появился мой недавний сон.

« - Маркос!.. Все будет хорошо… Тебя нужна кровь?

– Не надо, - его рука дотронулась до моей щеки.
– Не бойся.

Синие глаза стали стеклянными».

Я вздрогнула от воспоминаний и закрыла глаза, как делала в детстве. Тогда мне казалось, что, закрыв глаза, все мои проблемы исчезнут. Но тогда это не сработало, как и сейчас.

Мне должно быть все равно, если вампир умрет. Мне не должно быть больно, я не должна переживать и волноваться. Я не должна плакать… Но я плачу, я переживаю, мне больно и мне не все равно, если Маркос умрет. Мне этот вампир очень дорог.

Маркос тихо подошел ко мне, и нежно развернул к себе. Я тут же вытерла слезы. Не хочу, чтобы он их видел.

– Почему ты плачешь?
– вампир наклонился ко мне, чтобы заглянуть в мои глаза.

– Я не плачу, - ответила я, моргнув пару раз глазами.

– Почему плачешь?
– Маркос как будто не слышал моего ответа.

– Я, - всхлип, - тебя ранили и, - я резко махнула руками перед вампиром, - тебя ранили, и пуля почти задела твое сердце. О боже, и ты еще спрашиваешь, почему я плачу?! – я, насупившись, смотрела на вампира. Маркос молча разглядывал меня минуту, а я в это время пыталась успокоиться.

– Значат ли твои слезы, что ты за меня переживаешь?
– Маркос большим пальцем нежно вытер влагу с моих щек. Я ничего не ответила.

– Ты же знаешь, молчание - знак согласия, - после этих слов Маркос засмеялся. Я удивленно посмотрела на вампира. Маркос, запрокинув голову, смеялся. Его грудь ходила ходуном от интенсивного смеха. Смех был ни злой, ни злорадный, ни насмешливый. Он был… счастливым?

– Почему ты смеешься?
– спросила я немного обиженно. Я ему тут, можно сказать, душу открываю, а он смеется надо мной!

Но ответ мне было не суждено услышать, потому что Маркос прервал свой неожиданный смех и, поддавшись к моему лицу, поцеловал меня в губы.

От удивления я чуть не отстранилась, (потом бы пожалела) но вампир притянул меня к себе, положив свои сильные руки мне на талию. Я прижалась к сильному телу без возражений. Маркос одной рукой провел вверх по спине и, остановившись на шеи, захватил её сзади. Затем укусил меня за нижнюю губу и сразу же провел по ней языком, успокаивая. От его действий я чуть не задохнулась от резко нахлынувших чувств. Вампир ещё раз провел по моим губам, прося… нет, приказывая разжать свои губы. Я не смогла не повиноваться. Я разомкнула губы, аккуратно положив свои ладошки на плечи мужчины. Под ладонями я почувствовала нежную кожу, под которой перекатывались мышцы. Язык Маркоса сразу же ворвался в мой рот, по-хозяйски исследуя его, заставляя мои ноги подгибаться. Когда я робко ответила на поцелуй, Маркос сильней прижал меня к себе.