– Шанти.

– Шанти, Шанти… что-то знакомое… Зачем вы здесь?

– Чтобы занять ваше место. – Драконица вздохнула, дернула руками, и ремни, притягивавшие ее руки к подлокотникам кресла, треснули и порвались, как гнилые нитки. То же самое произошло с двумя ремнями через грудь и живот, а затем – с ножными ремнями.

Зорген вначале онемел, глядя, как драконица освобождается от пут, потом взревел:

– Ко мне! Охрана!

Дверь распахнулась, впуская четырех охранников с обнаженными мечами. Они набросились на Шанти, пытаясь сбить с ног, нанося удары плоской стороной меча – удары сыпались один за другим, но не остановили драконицу. Она сделала два шага и легко, ладошкой ударила начальника тайной стражи в висок. Зорген отлетел к стене, ударился затылком об пол и замер неподвижно. Затем настал черед стражников.

Шанти буквально взорвалась движениями – стражники разлетелись в стороны, как детские игрушки, отброшенные капризничающим мальчишкой. Двое так и остались лежать со сломанными шеями, еще двое сумели встать и снова пошли в атаку. Шанти отметила их упорство и верность долгу (у одного рука торчала под прямым углом, сломанная могучим ударом драконицы) и короткими точными ударами разбила головы обоим, не обращая внимания на их попытки изрубить шпионку короткими и, вероятно, очень острыми мечами.

Через две минуты с начала поединка все было закончено. Начальник стражи лежал у стены за столом, стражники – справа и слева от стола, в виде трупов.

Шанти подошла к входной двери, заперла ее на задвижку и вернулась к Зоргену. Наклонилась и стала его раздевать, складывая вещи на стол. Раздев догола, внимательно, до мельчайших подробностей изучила тело мужчины. Разделась сама, замерцала, меняя облик, и через несколько секунд на месте красотки стоял Зорген, очень похожий на оригинал – даже мать этого человека не смогла бы распознать подмену.

Зорген-оригинал внезапно очнулся, открыл глаза и с усилием спросил:

– Что такое?! Что со мной?

– Уже ничего, – с некоторым сожалением ответила Шанти и легким движением свернула ему голову. Шея мужчины треснула, как сухая ветка, он дернулся и застыл – теперь навсегда.

Шанти несколько раз повторила фразу: «Что такое?! Что со мной?» – добиваясь стопроцентного совпадения голосов. Наконец ей это удалось – голос Зоргена был довольно чистым и бесцветным, без каких-то особенностей, акцента или пришепетывания, так что копировать его нетрудно.

Драконица несколько раз перешла из состояния дракона в облик Зоргена, запоминая, как тот выглядел, и добиваясь, чтобы облик стражника впечатался в ее память. После десятого раза она уже легко становилась Зоргеном, за долю секунды, не нужно было вспоминать морщинки и родимые пятна. Драконы запоминают навсегда, если постараются, конечно.

Перейдя в облик дракона, Шанти взяла со стола одежду начальника стражи, спрятала ее за спиной… и вдруг остановилась. Нет, нужно было не так – она стащила в кучу тела телохранителей, сверху положила их начальника и уже тогда принялась уничтожать следы преступления.

Человеческие тела неплохо горят – Шанти видела это, когда армия драконов налетела на завод. Те люди, на которых попадала струя драконьего пламени, горели как свечки, превращаясь в обугленные скелеты. Температура горения драконьего «топлива» была очень высока.

Вот и сейчас язык голубого пламени окутал трупы стражников таким жарким покровом, что они вспыхнули, как дрова, заполнив комнату удушливой вонью и черным дымом.

Шанти жгла трупы, пока они не обуглились до костей, а в комнате нечем стало дышать. Тогда драконица превратилась в Зоргена, быстро натянула на себя его одежду, отодвинула задвижку и выскочила в коридор, упав под ноги изумленным и обеспокоенным стражникам, сбежавшимся на запах и дым, просачивающиеся из кабинета начальника. Стучать они боялись – Зорген не любил, когда кто-то лез не в свое дело.

– Колдовство! Злое колдовство! – прохрипел лже-Зорген, тяжело дыша и прикрывая глаза (Шанти и вправду было не очень хорошо – надышалась дыма). – Шур здесь? Отвези меня домой! Скорее! Мне надо помыться и отлежаться… Шпионка-колдунья покончила с собой, я чудом спасся… но на сегодня мне хватит работать. Она хотела убить меня ценой своей жизни! Загорелась как костер! Саган уберег меня!

– Будет сделано! – с готовностью кивнул заместитель. – Подать карету господина Зоргена! Вы сами дойдете или вас отнести?

– Сам! – кивнула Шанти и медленно, цепляясь за стену, поднялась на ноги. – Отведите меня к карете, глаза слезятся, плохо вижу…

– Он открыл глаза! Открыл! – Девушка, почти девчонка, сорвалась с места, подбежала к женщине лет сорока, с усталым добрым лицом, и, схватив ее за руку, поволокла в комнату к больному.

Женщина возмущенно фыркнула и покачала головой:

– Ну открыл, и что? Стоило меня ради этого отрывать от варки похлебки? Вот сейчас твой отец придет из лавки – голодный, злой, как лесной амрок, и задаст нам всем! И твой высохший деревянный человечек нас не защитит!