– Дили! – раздался бесполезный крик Калвера. В эту секунду вторая “Пума” коршуном устремилась вниз. Другой человек с лебедкой уже раскачивался на конце троса. Его ноги так и не коснулись крыши кабинки, он просто стремительно сгреб в охапку окровавленного старика, заодно спихнув крысу с его спины. И тут же, раскачиваясь в воздухе, они стали удаляться от судна. Два черных тела все еще цеплялись за ноги Дили. Но под собственной тяжестью крысы с шумным плеском обрушились в воду, утянув за собой куски одежды и человеческой плоти. Калвер закрыл глаза, когда обе фигурки стали затаскивать на лебедке в вертолет. Тем временем третья машина, низко зависнув над рекой, щедро расходовала свои боезапас на крыс. Пулеметный огонь безжалостно бил по катеру, истребляя заполнивших его крыс-мутантов. Когда пули прошили хрупкий корпус катера и добрались до его бака с горючим, маленькое суденышко разорвалось на тысячу кусков. Калвер услышал грохот и открыл глаза. В воздух поднимался столб черного дыма. Калвер увидел внизу миниатюрную копию взрывов, которые уничтожили этот город так давно, так бесконечно давно...

Протянутые навстречу руки помогли им забраться в вертолет. Первым в него затащили Калвера, потом – Кэт, а человек с лебедкой вскарабкался на борт последним.

Калвера быстро провели к креслу, и он благодарно опустился в его прохладную кожу. Большая дверь плотно задвинулась. Внутри вертолета было шумновато, но не так оглушающе, как снаружи. Он внимательно наблюдал, как Кэт осторожно положили на закрепленную в полу койку-носилки, и какой-то другой офицер – врач, подумал Калвер, – стал исследовать обрубок ее руки. Этот человек даже не вздрогнул: за последние несколько недель ему, несомненно, довелось залечивать и раны похуже. Врач быстро вытащил шприцем лекарство. Наметанным движением, даже не разрезая джинсов Кэт, он сделал укол. Потом он заметил наблюдавшего за ним Калвера.

– Морфий, – пояснил врач. – Ей повезло, что мы добрались до нее, пока она еще не вышла из шока. Не волнуйтесь, с ней все будет хорошо – похоже, была идеальная ампутация. Я перевяжу ее и немного ослаблю жгут. У нее есть еще какие-нибудь раны?

Калвер помотал головой, усталость уже брала свое.

– Порезы, царапины – вот и все. Ах, да... – вспомнил он, – мы еще могли заразиться легочной чумой. Врач удивленно поднял брови.

– Хорошо, тогда я быстренько проведу предварительное обследование. А ты-то как? Может быть, хочешь что-нибудь успокоительное?

Калвер снова покачал головой. Он вглядывался в измученное, бледное лицо Кэт. Черты лица Кэт уже смягчились – начал действовать наркотик. Калверу хотелось подойти к Кэт, приласкать, выпросить у нее прощения за то, что ему пришлось сделать. Но она все равно бы его не услышала. Ничего, для этого найдется время попозже. Он знал, что впереди у них обоих куда как много времени. Кал-вер отвернулся, глядя на крохотные оконца в двери, на подернутую туманной дымкой голубизну за ними. К нему подошел другой человек, тот – с лебедкой.

– Сержант авиации Макадам, – представился он. Калверу было трудно говорить.

– Спасибо, – выдавил он наконец.

– Очень приятно, – ответил сержант.

– Как...?

– Вас засекли сегодня утром.

– С самолета?

Сержант кивнул.

– Мы подумали, что вы из правительственной штаб-квартиры. Вы оттуда?

– Нет... нет, мы пытались проникнуть в... в нее. Человек посмотрел на Калвера весьма заинтересованно.

– Ну и удалось вам? Господи, мы же не слышали ни словечка из штаб-квартиры с тех пор, как началась вся эта чертова заваруха. Что же, черт подери, у них там внизу случилось?

– А разве... разве никто не выбрался оттуда?

– Ни единой души, черт бы их подрал! Никто не может попасть в штаб-квартиру снаружи: все главные туннели обрушились. Эти ублюдки врезали по нам сильнее, чем кто-либо мог ожидать. Кое-кто из уцелевших, может быть, и выбрался из города – кто же их знает? У нас даже не было возможности для поисков – сначала из-за радиоактивных осадков, а потом из-за этих сумасшедших ураганных ливней. Мы патрулировали этот участок реки с той самой минуты, как поступило сообщение, что заметили вашу группу. Но мы полагали, что вас будет больше. Где же остальные?

– Мертвы, – без всякого выражения сказал Калвер, думая о тех, кто благополучно спасся из убежища Кингсвея. Он вдруг вспомнил Эллисона. Без фонаря, без оружия. Внутри убежища. – Все мертвы, – подтвердил он.

– Но что вы нашли там, внизу? Что было внутри?

– Дайте ему отдохнуть, сержант, – вмешался офицер-врач. – Его можно будет расспросить и потом, когда мы вернемся в Челтхэм. Но сержант все еще смотрел на него вопросительно.

– Крысы, – сказал Калвер. – Ничего там нет, только большие окровавленные крысы. Макадам помрачнел.

– Мы слышали такие рассказы...

– А людям, людям удалось выбраться из Лондона?

– О да, выбрались многие.

Калвер устроился в кресле поудобнее.

– Но куда? И зачем?

Лицо Макадама все еще было мрачным, но на нем проглянула горькая усмешка.

– Все совсем не так плохо, как ты, видно, думаешь. Видишь ли, это безумие было остановлено, остановлено еще до того, как все было разрушено. Конечно, главных столиц уже нет. Нет и промышленных городов, многих военных баз... Но тотального уничтожения не допустили. Ряд держав осознали ошибку...