Я слушал эти рассуждения лишь краем уха. На протяжении всего обратного пути мой мозг лихорадочно работал. Миллион долларов! Кто бы мог подумать, что в этом забытом Богом уголке кто-то может унаследовать подобную сумму!

Неожиданно я ощутил острое чувство зависти. Если бы на месте Фрэнка Маршалла был я! Уж я бы не заливал виски свой комплекс неудовлетворенности! Используя деловые связи, я сумел бы добиться кредитов, и тогда…

Сердце бешено стучало в груди. Неужели это был именно тот случай, о котором я так долго мечтал?

Глава 2

После ужина я вышел на веранду и принялся обдумывать то, что мне поведал Том Мэйсон. Конечно, он вполне мог преувеличивать, но вдруг то, что он говорил, правда и Маршалл со дня на день должен был унаследовать миллион долларов?

Более пяти лет я лелеял мечту о настоящих деньгах. И вот здесь, в этом жалком городишке, мне предоставляется наконец возможность разбогатеть.

Что сделает простой смертный, узнав, что мелкий агент по торговле недвижимостью неожиданно становится владельцем миллиона долларов? Он подумает: тем лучше для него, и этим ограничится. Идея завладеть этой суммой никогда не придет ему в голову. Однако я, слава Богу, не отношусь к этой категории законопослушных глупцов.

Будучи в тюрьме, я сидел какое-то время в одной камере с весьма ловким мошенником, который любил похваляться своими «подвигами». По его словам, ему постоянно сопутствовал успех, и если он оказался за решеткой, то лишь из-за чрезмерной жадности.

– В течение долгих лет, – рассказывал он, – я использовал в своих интересах алчность других и вот в конце концов стал таким же, как они. В результате я схлопотал десять лет тюрьмы.

Он часто распространялся на тему о том, как легко поймать человека «на приманку».

– Если какой-нибудь тип имеет два доллара, он хочет четыре. Если у него пять тысяч, ему нужно десять. Таково свойство человеческой натуры. Я знавал одного парня, у которого было пять миллионов, так вот он жизнь положил на то, чтобы их стало семь. Человек никогда не бывает полностью удовлетворен. Чем больше у него уже есть, тем больше он хочет иметь, и если ты предлагаешь ему способ нажить целое состояние, не прилагая никаких усилий, можешь считать, что дело в шляпе.

Я достаточно работал с крупными промышленниками, чтобы понять, что он рассуждал абсолютно верно. Конечно, наследство, которое получит Маршалл, не будет спрятано в чулок в ожидании первого же мелкого воришки, забравшегося в дом. Деньги, обращенные в акции и облигации, будут находиться под надежной охраной банкиров и финансовых агентов, но как раз это меня мало волновало. Недаром я сам долгое время был биржевым маклером.

Если бы знать наверняка, что Маршалл получит это наследство, я, имея богатый опыт в делах, сумел бы его убедить вложить деньги таким образом, чтобы потом мне не составило труда перевести их на свой счет. То, что он пил, упрощало мою задачу. Я был уверен, что сумею заинтересовать его весьма заманчивой возможностью: без всякого риска превратить один миллион в три.

«Человек никогда не бывает полностью удовлетворен».

Эта простая истина поможет мне завладеть его деньгами. Безусловно, операция должна быть тщательно подготовлена. Хорошо, что мне в свое время удалось припрятать досье, которое я собрал, работая у Шермана. В нем было полно различных цифр, имен, проектов, и я надеялся с его помощью составить подходящий план, который мог бы представить Маршаллу. Это была не такая уж сложная задача, но, прежде чем браться за дело, необходимо было точно узнать, существует ли в действительности это наследство, а также собрать как можно больше сведений о его будущем обладателе. Мэйсон говорил мне, что Маршалл женат. Значит, надо узнать, что из себя представляет его жена. Есть ли у них дети? А другие родственники Маршалла? Ведь они наверняка приложат все силы, чтобы помочь этому пьянице сохранить наследство, если, конечно, он его получит.

Мне необходимо было подружиться с Маршаллом. Вполне возможно, что, выпив, он сам расскажет мне о себе, хотя, судя по тому, что я успел заметить, это не тот человек, который легко позволит собой командовать.

Я сказал себе, что надо будет завести обыкновение заходить после работы к Джо, чтобы пропустить стаканчик. Таким образом я смогу завести новые знакомства и время от времени встречаться с Маршаллом.

Впервые после выхода из тюрьмы я ощутил небывалый прилив сил и энергии. Даже если дело не выгорит, у меня, во всяком случае, появилась цель: использовать вторую попытку, ко– торую давала мне судьба, чтобы сорвать настоящий куш!

На следующий день я появился в автошколе без десяти девять. Берт уже сидел за своим столом, просматривая корреспонденцию.

После обмена приветствиями он внимательно посмотрел на меня:

– Я слышал, вы вчера вечером здорово выручили Тома Мэйсона.

Быстро же передавались новости в этом городе! Тем больше у меня оснований соблюдать особую осторожность при сборе информации. Я присел на краешек стола.

– Ах это… По-моему, Мэйсон в той ситуации нуждался в помощи. Кстати, он мне говорил, что у него небольшой магазин скобяных изделий…

– Да. Он унаследовал его от отца. Том – замечательный парень. – Берт распечатал очередной конверт. – Хотел бы я сказать то же самое о Фрэнке. Правда, в свое время это был нормальный человек, на которого можно было положиться. Но теперь…

Он покачал головой.

– У него неплохой дом, только уж очень уединенный, – сказал я. – Не хотел бы я жить так далеко от людей. Жене его, должно быть, не весело.

– Вы правы, Кейт. Этот дом подарила ему тетка. Она жила в нем, пока не попала в больницу. Конечно, Фрэнк мог бы продать его, поскольку тетке теперь на все наплевать, но он надеется, что вскоре там начнется крупное строительство, и тогда он сможет получить за дом приличную сумму.