Выше грозных собратьев встали тяжелые крейсера. Уровнем ниже линейные крейсера. По флангам застыли эсминцы, фрегаты и корветы. А в тылу находились орбитальные крепости и скопились аэрокосмические аппараты. В первую очередь знаменитые перехватчики фирмы «Макдонелл-Дуглас» F-47E, прекрасные боевые машины с кучей мелкокалиберных самонаводящихся ракет. Ну и, конечно, двухместные штурмовики фирмы «Хорнет» А-33 «Интрудер-Супер». На каждом одна тяжелая ПКР и пучково-лучевая пушка в задней полусфере. Плюс к ним, как дополнение, суда радиоэлектронной борьбы Е-17 «Хокай» и множество разномастных аппаратов, которые прислали союзники или выставили наемники.

Флот приготовился к бою. Противник, уничтожая разбросанные по системе корабли и артиллерийские станции, приближался. И когда централы подошли на дистанцию выстрела из дальнобойных разгонных орудий, обе группировки выставили единый силовой щит. Стандартная тактика. Сила против силы. На месте Декстера, если он не задумал какого-то хитрого трюка, я поступил бы иначе.

Команда адмирала:

– Огонь! Общий залп!

Североамериканцы открыли огонь первыми. Сотни орудий выстрелили одновременно, и залп вышел мощным. Кое-где силовой щит централов не выдержал, и некоторые вражеские корабли получили повреждения. Но на общем фоне эти потери были небольшими, пять-шесть кораблей для армады не ценность. А затем централы дали ответный залп.

Силовое прикрытие корпорантов рассеялось, и сразу пришли доклады о многочисленных попаданиях в североамериканские корабли и флагман:

– Внимание! Разгерметизация 5-го кормового отсека! Разгерметизация 2-го центрального отсека! Отказ двигателей! Рекомендуется отключение термоядерного реактора! Линейный крейсер «Майк Йохансен» уничтожен! Крейсер «Чероки» уничтожен! Крейсер «Бруклин» уничтожен! Эсминец «Генерал Паттон» поврежден! Линкор «Миссури» уничтожен! Линкор «Пенсильвания» поврежден! Линкор «Канзас» поврежден!

Алые, вражеские, точки на экранах приближались, а синие, североамериканские, исчезали одна за другой. Однако Декстер продолжал сохранять спокойствие и отдавал команды:

– Всем кораблям! Рассредоточиться! Приказываю атаковать противника всеми имеющимися средствами! Вперед, парни! Убейте централов! Авиация, в атаку!

На этих словах адмирала линкор опять вздрогнул, тоскливо скрипнул всем корпусом и стал разваливаться на части. К Декстеру кинулись адъютанты, готовые натянуть на своего патрона скафандр и, если потребуется, силой оттащить его в спасательный бот, и на этом моменте изображение с борта «Калифорнии» пропало.

Я не знал, чем окончилось сражение за Эренберг, поэтому решил досмотреть сюжет до конца. И, подумав, что Декстер идиот, который выжил из ума, стал наблюдать за битвой с борта орбитальной крепости.

Североамериканцы помчались навстречу противнику. Полная неразбериха. Линкоры, крейсера, эсминцы, фрегаты и корветы, а с ними тысячи истребителей и штурмовиков, теряя боевые единицы, буквально врезались в строй централов, и началась мясорубка. Совершая немыслимые маневры уклонения, под огнем вражеских кораблей, встретивших корпорантов артиллерийскими залпами, североамериканцы вели неравный бой. Они плевались в противника снарядами, торпедами, ракетами, шрапнелью и высокоэнергетическими протонами. И плевки эти были смертельны. Дистанция небольшая, промахнуться сложно, и почти везде враги. За тридцать – сорок секунд корабли опустошали свои арсеналы, и потери централов были гораздо больше, чем у корпорантов. А затем в эфире пронеслась новая команда Декстера, который выжил и перебрался на ближайший орбитальный бастион:

– Всем! Отступление!

Кто уцелел, а таких было немного, бросив подбитых товарищей, стали отходить к планете. Разозленные централы кинулись за ними, и вот тут сработал секретный прием Декстера. С планеты стартовали противокорабельные ракеты «земля-космос». Не сотни и не тысячи, а десятки тысяч. Откуда у североамериканцев столько дорогостоящих ПКР, не знаю. Видимо, адмирал Декстер полностью опустошил все арсеналы, до каких смог дотянуться, и поставил в строй списанные пусковые установки. Тут он поступил очень разумно, а когда к запущенным с планеты ракетам добавились торпеды с орбитальных крепостей, мощность залпа меня поразила. Даже Ярга, столичная планета империи, не могла отстреляться таким количеством ракет и торпед, а корпоранты смогли и получили превосходный результат.

Большую часть ракет захватчики сбили. Но многие смогли пробиться сквозь ослабленные эскадренным боем силовые щиты и вонзиться в борта вражеских кораблей. Всполохи! Вспышки! Проломленные борта! Вырывающийся из корабельных корпусов воздух! Скопища мусора и тела людей в скафандрах! Так выглядело поле боя со стороны, и потери централов превысили североамериканские вчетверо. Это всего за полчаса боя. И Гурий Таги приказал своему флоту отойти на перегруппировку. Первый натиск на Эренберг был отбит, и противники на время разошлись. Декстер одержал убедительную победу, пусть даже временную, и я должен был признать, что зря считал его идиотом. Наоборот, он умнейший военачальник. Грамотно спланировал ход боя, показал свою слабость, потом контратаковал, ослабил противника и увлек его в ловушку.

«Интересно, как он дальше намерен защищать Эренберг?» – подумал я, и в эту секунду пришел вызов с мостика, от Васильева:

– Тор, мы тут трофеи считаем. Присоединишься?

– Да. – Выключив монитор, я накинул на плечи черный мундир и отправился на совещание.

Все были в сборе. Командиры кораблей, а также Васильев и Дымов. Велся подсчет трофеев, и выделялась наша доля, законные двадцать процентов. Дело важное и нужное. Поэтому без меня никак не обойтись, и я присоединился к «аргонавтам».