– Третий месяц редакционные финансы поют романсы. Только на выпуск газеты денег хватает. Теперь и у Купчика проблема с заработком возникнет. Предвыборный сценарий о Чешуякове лопнул, как мыльный пузырь.

– Не расстраивайся. Скажи Игореше, пусть фантазирует. Найду другого кандидата.

– Я, конечно, на тебя надеюсь, но и сама решила не дремать. В соавторстве со Славой сочиню крутой детективный роман. Вначале напечатаем его с продолжением в нашей газете. Увеличится тираж, появятся дополнительные деньги на зарплату. После издадим книгой – опять навар. Хочешь стать прототипом главной героини?

– Любопытно, как ты меня изобразишь…

– Во всей красе, как блестящую специалистку по пиар-технологиям. А чтобы читатели не тыкали пальцем, изменим начальные буквы в имени и фамилии.

– Что из этого выйдет?

– Скажем, Лада Вагина. Звучит?

– Это слишком узнаваемо будет, – с лукавой улыбкой сказала Багина. – Лучше измени среднюю букву в другой фамилии… Сделай меня Ладой Чехуяковой.

Живанкова, недолго подумав, закрутила головой:

– Неблагозвучная фамилия получается. Издатели нас неправильно поймут.

Багина внезапно расхохоталась:

– Ох, проказница Элька… вы с Игорешей… два сапога – пара лаптей. Зачем мозги мне морочишь? Как только ты завела разговор о Чешуякове, я сразу догадалась, что твой новый «бойфренд» либо из прокуратуры, либо из Управления по борьбе с организованной преступностью, – Влада посмотрела Голубеву в глаза: – Так, Слава, или чуть ошибаюсь?

Голубев улыбнулся:

– Самую чуточку. Я из уголовного розыска.

Багина словно с облегчением вздохнула:

– Ну, вот и разобрались, кто есть кто.

Живанкова смущенно опустила глаза:

– Извини, Владка, что так глупо получилось. Совсем не хотела тебя обидеть. Ты ведь меня знаешь…

– Знаю, язык у тебя без костей.

– Зачем же рассказала свою тайну?

– Не с кем было душу облегчить, – Влада грустно улыбнулась. – Не расстраивайся, Эля, попусту. Мне нравится, когда ты несешь безобидную чепуху.

– Правда, не обижаешься?

– О, святая простота, на тебя невозможно обижаться, – Багина достала из пачки сигарету. Щелкнув зажигалкой, прикурила и после трех коротких затяжек посмотрела на Голубева. – Я готова к серьезному разговору. Что вас интересует?

– Правда и только правда, – сказал Слава.

– Скрывать мне нечего. Постараюсь быть искренней.

Рассказанное Багиной о столкновении с мотоциклом во всех деталях совпадало с тем, что Голубев узнал от Живанковой. Добавила она лишь то, что актриса Егошина была в рыжем парике и сидела с художником Питеровым на заднем сиденье джипа с правой стороны. Прислушиваясь к интонациям спокойного грудного голоса, Слава не уловил фальши. Чувствовалось только, что разговор этот для Влады неприятен, и, когда повествование коснулось ее интимных отношений с Чешуяковым, она заговорила с иронией, как будто осуждала свою уступчивость любовным притязаниям пожилого шефа.

– Есть ли, по вашему мнению, какая связь между гибелью Суханова и убийством Чешуякова? – спросил Слава.

– В том, что Суханов погиб по чистой случайности, точнее сказать, из-за собственной невнимательности при управлении мотоциклом, не сомневаюсь. Эта жуткая трагедия оставила на моей щеке след… – Багина притушила в пепельнице окурок сигареты. – А об убийстве Чешуякова мне ничего не известно. Поэтому не могу сказать на ваш вопрос ни «да», ни «нет».

– Не знаете, с какой целью Чешуяков на другой день после аварии поехал в спорткомплекс?

– О своих целях Федор Павлович никогда не распространялся. Утром он позвонил мне и спросил, как себя чувствую. Ответила, что сижу с заплаткой на щеке и не знаю, как в таком виде появляться на работе. Чешуяков на это заявил буквально следующее: «Оставайся дома, пока щека не заживет. Приказ на месячный отпуск подпишу сегодня же. Постарайся к началу выборной кампании быть в форме». А уже в конце дня позвонили из фонда и сказали, что, по сообщению Ахмета Полеева, шеф и его шофер Вася Цикалов убиты неподалеку от спорткомплекса.

Примолкшая было Живанкова не удержалась от вопроса:

– Влада, неужели Хватов при телефонном разговоре не рассказал тебе подробностей?

– Эля, Хватов сам ничего не знает, – в тон ей ответила Багина.

– О чем же вы тогда говорили?

– Да ни о чем. Хватова интересовало, не было ли за то время, пока он находился в Москве, каких-либо наездов на шефа. Я ответила, что мне ни о каких «наездах» не известно. Коротко сказала о намерении Чешуякова участвовать в губернаторских выборах.