Если Кайфат правильно помнил доклады соглядатаев, здесь находилась вся комиссия, все десять ее членов. Люди чуть в стороне, эльфы же непосредственно перед стойким стражником. Особенно выделялся один Светлый с лисьей мордой и здоровенными ушами. От него так и тянуло злобой пополам с Силой, и именно он давил на охранника.

Услышав слова Кайфата, эльф медленно повернулся в его сторону и растянул губы в неживой улыбке. Король Западного Кайена категорически не желал знать, что нужно пережить, чтобы вот так же улыбаться.

– О, ваше… величество, – с заминкой сказал необычный эльф. – Для меня большая честь встретиться со столь… легендарной среди моего народа личностью. – Перворожденный по-звериному наклонил голову набок и широко развел руками. – Правда, я предпочел бы немного другую обстановку… Но ничего страшного, всем сердцем верю, что в следующий раз все будет иначе!

Сказал и снова так улыбнулся, что его оскалу позавидовал бы дракон.

Выкидыш рыкача, в глаза смотрит и угрожает! Поразительная наглость. Неужели эльф настолько уверен, что Кайфат не рискнет его тронуть и пальцем, страшась дать Протекторату законный повод вторгнуться в Западный Кайен?!

Впрочем, Длинноухий прав – не рискнет. К’ирсан давно привык жить в ожидании появления очередных убийц. Не важно чьих: мстительных Перворожденных, разобиженного на конкурентов Парсана, решившего избавиться от своевольной пешки Нолда, сгорающего от ненависти Рошага или обычных жаждущих власти заговорщиков. Это беда привычная, как бороться с ней – известно. Но вот к полноценной войне с «цивилизованным» миром он точно не готов. И если Длинноухие по каким-то своим причинам вынуждены играть в дипломатов, почему бы Кайфату их в этом не поддержать?

Моментально успокоившись, К’ирсан усмехнулся уголком рта так, что шрамы превратили лицо в гротескную маску.

– Конечно, будет, разве может быть по-другому, – мягко сказал Кайфат, и от этой его мягкости главу комиссии аж перекосило. – Сейчас же я хотел бы узнать, что, Тьма вас прокляни, здесь происходит?

Эльф зло сверкнул глазами.

– Меня зовут Ханг Чес’сен, и я уполномочен проверить жалобу правителя Харна в Суд Протектората на предмет использования вашими чародеями и воинами Запретной магии, – сказал Длинноухий веско. – И у меня достаточно полномочий, чтобы перевернуть здесь каждый уголок.

– Да Светлый Оррис вам в помощь. Мы рады любому вниманию от наших заокеанских друзей. Так что громить здесь все и обижать людей не надо, – выдал К’ирсан и кивнул охраннику: – Пропусти нас внутрь.

Воин с явным облегчением бухнул кулаком в грудь и, нагнувшись, подцепил спрятанную в нише у самого пола ржавую цепь. С натугой потянул, за стеной немедленно что-то зашумело, и небольшой каменный постамент со скрипом отъехал в сторону. Открылся уходящий вниз и слабо освещенный лаз с выщербленными гранитными ступенями.

– Клянусь Светом, я ждал чего угодно, но не такого… убожества, – процедил Ханг и неприязненно рассмеялся. Его поддержали остальные члены комиссии. – Неужели нельзя было устроить заклинательную площадку в более приличном месте? – Неожиданно, словно это только пришло ему в голову, эльф повернулся к К’ирсану. – Или ты… то есть ваше величество… надеялись что-то укрыть от взора Маллореана?! Я был о столь прославленном беглеце лучшего мнения!

Заподозрив оскорбление своего Владыки, вскинулась охрана, и К’ирсану пришлось шикнуть на них, точно на свору злых рыкачей. Сам он сделал вид, что не заметил шпильку Ханга. К чему обмен колкостями с врагом? Время покажет, кто прав. Тем более что сейчас ему было гораздо интереснее поведение людей-проверяющих. Которые вели себя так, словно все они одним махом стали рабами Длинноухих. В свою бытность легионером Зелода и личным порученцем короля Гелида Ранса он подобного раболепства не замечал, а теперь вон как все поменялось… Определенно, здесь есть над чем подумать.

Погрузившись в свои мысли, он медленно двинулся вслед за скрывшимися в проходе членами комиссии. А те времени зря не теряли. Едва оказавшись в подземелье, они по-быстрому обежали немногочисленные его отнорки и закутки, после чего собрались в центральном зале и под резкие команды Чес’сена принялись строить неизвестную К’ирсану ритуальную фигуру с использованием сонма всевозможных артефактов.

– И что уважаемые представители Протектората собрались делать? – спросил он, встрепенувшись.

Ханг высокомерно задрал подбородок и нехотя повернулся к королю.

– Искать доказательства нарушения международных договоров, – процедил эльф. – Или есть возражения?

Снова захотелось размазать этого сына хфурга по стенке. Телохранители ублюдка что-то почуяли и настороженно подобрались, но лисья морда наглеца осталась безмятежной. Словно мерзавец ни мархуза не боялся. И Кайфат в очередной раз сдержался.

Больше вопросов задавать не стал, просто тихо встал в сторонке и, позволив незваным гостям заниматься делом, лишь следил за их суетой.