Он коснулся пальцев моей руки, двигаясь по изгибу и поглаживая его.

— Управление бухгалтерского учета департамента крупнейшего агентства в Голливуде. Работа в предвыборной кампании на кандидата в мэры. Помощь подруге в съемках фильма в свободное время. И самая уравновешенная и изящная женщина, которую я когда-либо встречал. Я и вполовину не так интересен, как ты.

Я пыталась сформулировать ответ, возможно, что-нибудь умное или, может быть, я буду продолжать задавать неудобные вопросы, но мой телефон зазвенел. Это была новость для меня, помощника режиссера, от Катрины. «Мы начинаем в десять».

— Это было весело, — сказала я. — Я должна идти.

Он встал, опуская руку в карман.

— Я провожу тебя.

Он бросил несколько двадцаток на стол и пошел к двери, положив руку мне на спину. Я сжала свои губы, избегая глупой улыбки. Мне понравилась его рука на моей спине.

Вито нигде не было видно. Парковщики все еще быстро работали в квартале, но менее жизнерадостно.

— Скажи мне кое-что, — сказала я. — Почему ты не боишься, что кто-то мог позвонить копам по поводу той ночи с Порше? Я имею в виду, что я голову дам на отсечение, что ты сломал нос тому парню.

— Скажи мне, почему ты так говоришь. С чего бы этому быть? — Он засунул руки в карманы, пока шел.

— Это привычное выражение в нашей команде, которым мы обмениваемся между собой. Спекулируя мной.

— Спекулируя, — он улыбнулся, как кинозвезда, и я не могла сдержаться и не улыбнуться в ответ.

— Я бы предпочла, чтобы ты ответил мне.

— Может быть, я встретил достаточно копов в своей профессии, чтобы знать, как разговаривать с ними, скажем так.

— И какая это профессия?

— Я — юрист.

Большая часть нашей болтовни была безобидной словесной баталией, но когда он напомнил, что был юристом, я уловила напряженность в его голосе. Он отвел взгляд в сторону. Большинство людей представляли собой пазлы, и чтобы разгадать их, нужно просто сложить достаточное количество кусочков. Мой допрос был всего-навсего сбором фактов до тех пор, пока он тонко и просто уклонялся от чего-то.

— Что я должна найти, изучая уголовное дело, которое ты подал? Я имею в виду, случаи, когда ты сталкивался с Департаментом Полиции Лос-Анжелеса.

Он смотрел под ноги, когда мы пересекали улицу, быстро притянув меня к себе от проезжающего автомобиля, хотя я и остановилась.

— Я — юрист в своем бизнесе. У меня была только пара клиентов, и в основном они нуждались в моей помощи при общении с полицией. Есть ли что-то еще, что ты бы хотела знать? — он произнес это с юмором, хотя в его голосе слышалась настороженность.

— Да. — Мы добрались до внешней границы съемочной площадки, улица была перекрыта, чтобы сохранять тишину.

— Вито по-прежнему занимается своим бизнесом у ресторана?

Я видела его постепенно меняющееся лицо, как если бы открылась щель, через которую он отчаянно пытался удержать извержение гнева. Потом он улыбнулся так, словно просто решил, все пустить на самотек.

— Contessa, ты настоящая ходячая проблема.

— А это хорошо или плохо?

— И то, и другое.

Мой телефон снова звякнул, и зная, кто это был, я даже не обратила внимания.

— Я должна идти.

— Come volevi tu. — Он погладил мою щеку, быстро поцеловал, и ушел, являя собой картину мужской грации. Антонио не оглянулся.

Надевая чулки, я смотрела на экран работающего телевизора, отражающего меня, будто зеркало. Даниэль выглядел достойно на дневных дебатах, сохраняя внутреннюю уверенность и сосредоточенность. Он был одет в светло-серый костюм и галстук оттенка льда на солнце. Мужчина был Превосходным Будущим Мистером Мэром.

Брюс Драммонд:

– Мой оппонент еще не открыл ни одного серьезного дела против любой преступной организации в течение года. Только лишь из-за того, что мы живем в мирное время, можем ли мы почивать на лаврах?

С тех пор как Антонио оставил меня на съемочной площадке, я ничего о нем не слышала. Мне хотелось дотронуться до него, но что потом? Наблюдая за Даниэлем, я ловила себя на мысли, что все еще испытываю чувства к нему. Как я могу связаться с кем-то еще? Как я могу принять Даниэля обратно? Как я могу использовать другого мужчину, чтобы разрушить свою схему ожидания?

Даниэль Брауэр:

– Поверьте, мой офис собирает информацию и доказательства в отношении ряда организаций. Мы не будем открывать дела, пока не убедимся, что у нас есть доказательства. Думаю, людям следует знать, что если администрация будет опрометчиво обвинять граждан, то они могут начать искать нового независимого прокурора.