– Ненадолго, - устало объяснил Ледозвезд.
– Пока вода не сойдет. Прошу вас, не теряйте времени, идем быстрее!

– Постойте!
– раздался громкий вопль Ракушечника. Он уже успел подняться на середину склона, но теперь остановился, глядя назад.
– Куда подевалась Моросинка?

– Я здесь!
– Серая королева, тяжело ступая и слегка раскачиваясь, брела по воде.

Ракушечник сбежал вниз и торопливо обнюхал ее.

– Как ты?
– с тревогой спросил он, глядя на усталые глаза и большой живот королевы.
– Тебе нужна помощь?

– Нет-нет, я справлюсь, - через силу улыбнулась Моросинка.
– Вот высушу лапки, так и совсем хорошо будет.
– Она тяжело и хрипло дышала, вода потоками стекала с ее промокшей шерсти.

Маленькая белая кошечка подскочила к измученной королеве, с испугом посмотрела на глашатая.

– У нее начались боли! Ракушечник громко мяукнул.

– Значит, она скоро окотится?
– спросил он, не сводя глаз с целительницы.
– Ежевичинка, это так?

– Я пока не могу сказать точно, - ответила целительница.

Моросинка подняла большие глаза на глашатая.

– Не беспокойся за меня, Ракушечник. Я сильная, ничего со мной не случится. Беги, помоги Ледозвезду!

Несколько мгновений Ракушечник пристально смотрел на нее, потом кивнул и развернулся:

–  Эй, Волнорез!

–  Я здесь!
– черный с серебристым отливом кот выскочил из зарослей камышей позади палатки старейшин и вихрем бросился к своему глашатаю.

–  Проследи, чтобы все отошли в сторону леса!
– приказал глашатай.
– Сейчас слишком легко отстать, сбиться с дороги и попасть в беду.

Волнорез кивнул и со всех лап вернулся к палатке, где седой старейшина, стоя у выхода, воинственно топорщил усы и отказывался выходить наружу.

–  Никуда я не пойду без Темноводницы!
– хрипел он, царапая когтями мокрую землю.
– Она ушла на поганое место еще до потопа, и до сих пор не вернулась! Где она?

–  Мы ее найдем!
– промяукал Ракушечник, стараясь перекричать свист ветра. Он бросил взгляд на предводителя, который стоял на середине склона и с немым ужасом смотрел на свой уничтоженный лагерь.
– Ледозвезд, Темноводницы не видно?

Ледозвезд медленно оглядел окрестности.

–  Нет!

Сбежав вниз, предводитель бросился к затопленным палаткам.

–  Я проверю, не остался ли кто-нибудь в лагере!
– бросил он на бегу.

Первым делом Ледозвезд заглянул в детскую, принюхался.

Внутри было пусто. Предводитель быстро осмотрел палатку оруженосцев и руины воинского жил

ища. Все было разрушено, внутри пахло водой и мокрыми камышами. Ледозвезд в последний раз обежал свой лагерь, с трудом удерживаясь на лапах под натиском прибывающей воды. Потом, полубегом-полувплавь, продрался через камыши и поспешил вдогонку племени.

– Все здесь?
– спросил он, подбегая к котам.

– Все, кроме Темноводницы, - хмуро ответил Ракушечник.

Заряница подскочила к предводителю.

– Я сбегаю поищу ее!

Ледозвезд устало кивнул.

– Хорошо, спасибо тебе. А все остальные - бегом в лес!
– приказал он.

Но не успела Заряница сбежать вниз, как Моросинка хрипло застонала.

Ракушечник прирос к мокрой земле.

– Моросинка?

Королева со стоном упала на траву, закатив глаза.

Ежевичинка присела рядом с ней, ощупала лапой, потом посмотрела на глашатая.

– Она вот-вот окотится, - сказала целительница.

– Прямо тут?
– глупо переспросил Ракушечник.
– Сейчас?

– Думаешь, котята будут ждать, пока перестанет дождь?
– огрызнулась Ежевичинка.
– Нужно немедленно отвести ее в подходящее место.

– Тогда лучше вон туда, под деревья, - решил глашатай.
– Туда вода точно не дойдет.

– Это слишком далеко, - с досадой мяукнула Ежевичинка. Запрокинув голову, она посмотрела ни широкую ветку дуба, протянувшуюся почти над самой землей.
– Как ты думаешь, мы сумеем затащить ее туда?

Ракушечник помолчал, обдумывая ее слова.

–  Если нужно, сумеем, - решил он. Напружинив лапы, он подхватил Моросинку за шкирку и потащил ее в сторону раскидистого дерева, так что корчившейся от боли кошке осталось только переставлять лапы.
– Ничего, ничего, - приговаривал глашатай.
– Все хорошо, ты умница. Сейчас дойдем.

Моросинка закатила глаза и хрипло зарычала. Потом открыла пасть, словно хотела что-то сказать, но тут бока ее содрогнулись в мучительной судороге, королева скорчилась от боли. Измученная, несчастная, облепленная мокрой шерстью, сейчас она была похожа не на взрослую королеву, а на маленького брошенного котенка.