Томас отвел глаза.

– Ваше высочество, – выдавил он наконец. – Нет и еще раз нет. У нас по-прежнему есть время, да еще пять тысяч человек. Лорд Бекингем, барон Грэй и ваш покорный слуга готовы обеспечить королю на поле боя надежную защиту. Но если вы все-таки решите перевезти вашего сына, а также его величество в безопасное место, я вздохну с облегчением. На данный момент исхода я предсказать не могу. Солсбери с Уориком сейчас движутся на север. Мы не знаем, сколько они пробыли в Лондоне, а также заходили ли они в свои прежние владения для пополнения рядов. Не знаем их численности и состава, хотя он наверняка слаб. Мне крайне неловко об этом говорить, но до Кенилуорта отсюда всего тридцать миль. Я бы не так беспокоился, если б знал, что королевское семейство находится в безопасности.

Прежде чем Маргарет успела ответить, за спиной у Эгремонта в шатер вошел лорд Грэй и отвесил королеве глубокий поклон. Распрямившись, более молодому Перси он едва кивнул. Знает ли лорд Эгремонт о неблаговидных пристрастиях Грэя, Маргарет осведомлена не была. Впрочем, они и без этого особых симпатий друг к другу не питали.

– Ваше высочество. Лорд Эгремонт. Мои гонцы докладывают о приближении Уорика и Марча. – Грэй на секунду умолк, прибрасывая, насколько йоркисты могли продвинуться за то время, пока его лазутчики летели обратно с этой вестью. – Сейчас они… примерно в десяти милях к югу и продвигаются достаточно быстро. Какие приказания отдаст мне государь?

Несмотря на потрясение от этого известия, Маргарет глянула через плечо туда, где на походном ложе в тенистой части шатра полулежал король Генрих – с бездумными неподвижными глазами, никак не реагирующими на людское присутствие и на ход разговора. На короле был стальной нагрудник, да что толку. В тот момент когда королева отвела от Грэя взгляд, лицо барона исказила гримаса неприязни. Он пришел служить оправившемуся от недуга королю, а застал оцепенелое дитя, вряд ли даже сознающее, что происходит вокруг.

Уловив раздражение барона, Маргарет заговорила жестче, чем намеревалась:

– Десять миль? – Королева поглядела на Эгремонта, пребывавшего в смятении не меньшем, чем она сама. – Какова их численность, лорд Грэй? Вам это известно?

– От восьми до двенадцати тысяч, ваше высочество. Часть из них в кольчугах и доспехах, но в основном без них. Мои молодцы докладывали о толпе, возглавляемой более-менее приличными солдатами.

– Что ж, милорд. В таком случае ваши указания остаются без изменений. Защищать короля. Держать оборону. Понятно или не совсем?

Грэй, игранув желваками, сухо кивнул. Он еще раз глянул на осовелую фигуру короля в доспехах, мягко поблескивающих в тени.

– Все предельно ясно, миледи. Благодарю, – отчеканил он и, развернувшись на каблуках, исчез снаружи в солнечном свете.

– Гнусный старый содомит, – тихо процедил ему вслед Эгремонт.

Он все еще раздумывал, как противостоять такому числу неприятеля, с отсутствующим взглядом пожевывая нижнюю губу.

– Ну так что, Томас? – с нажимом спросила королева. – Как быть? Мне послать слуг за Бекингемом?

– Они гораздо ближе, чем я полагал, миледи, – невпопад ответил Эгремонт. – Видимо, они двигались вверх по Великой Северной дороге ускоренным темпом, не задержавшись лишнего в городе. Если так, то они, безусловно, утомлены, и это к лучшему. Но численность… – Голос молодого Перси потускнел, и он снова качнул головой. – Их армия придвинулась к нам почти вплотную. Мой брат теперь не успеет подвести свою рать – ни он, ни Эксетер, ни Сомерсет, ни кто-либо другой. Если только они не прибудут в ближайший час, то нам останется сопротивляться своими силами, а их мало, миледи, несравнимо мало. – Он хотел окликнуть Грэя, узнать, сколь велика у подходящего неприятеля конница, но махнул рукой, быстро приходя к решению. – Ваше высочество, вам незамедлительно следует уехать. Возьмите вашего сына, мужа и скачите с ними в Кеннелуорт.

– Когда моему мужу нездоровится, Томас, ехать верхом он не может.

Напряженность, даже гневливость в голосе Эгремонта вызывали легкую оторопь.

– Ну так спасайте себя и своего сына, миледи. Делайте для спасения хоть что-нибудь! Возьмите одну из запасных повозок, уложите в нее короля Генриха! Понятно ли вам это? У них над нами большой перевес, и не за стенами крепости, а в чистом ровном поле. Мы еще можем соорудить хоть какую-то защиту и какое-то время их удерживать, но схватка будет тяжелой и кровавой, с непредсказуемым исходом. Или вы хотите, чтобы весь этот ужас своими глазами видел принц Эдуард? Я ваш душой и телом, ваше высочество, к тому же у меня с Невиллами есть неулаженные счета. Так оставьте ж меня здесь, сражаться за вас и за государя.

Непривычная к такому тону Маргарет заметно побледнела. Громадные, широко распахнутые глаза смотрели не моргая.

– Хорошо, Томас. Найдите моего сына, пусть его приведут сюда. Нам понадобятся три оседланные лошади. За мужем я присмотрю.

Лорд Эгремонт, словно вырвавшись из ловушки, умчался прочь. Маргарет проворно подошла туда, где с отстраненным взором сидел Генрих. Медленно опустившись с ним рядом, она глубоко вгляделась ему в глаза и машинально взяла за руку, чувствуя под пальцами скользкость прохладного металла.