– А если мы переименуемся в клан?

– А если мы переименуемся в клан, тогда нам дадут территорию внутри Империи. И основная задумка уйдет в молоко. Вот так вот.

– Да. Так что делать то будем?

– Что делать? Делать будем следующее. Твою идею мы берем за основу, привлекать крафтеров ростом умений. Причем не только тех, кто выше двухсотого. И еще. Надо прошерстить всех тех, кто с решеткой. Вменяемых сюда. Пусть развиваются не только как бойцы, но и как крафтеры. У них же репутация растет, по крайней мере, я так хочу думать, что она растет. Ну а то, что они тут будут в более нормальных условиях, так это даст только плюсы. Полагаю, что привыкнув, останутся тут и после решетки.

– В этом направлении я не думал.

– Эх, нам мы еще специалистов по гражданскому управлению, совсем было бы хорошо. Попробую выпросить у Канцлера, может поделится кем. Ну и научников, со временем.

*****

Как и обещал Командор, примерно через неделю Живую пригласили в Императорский Дворец на аудиенцию. Переговорив предварительно с Командором, Живая знала о чем пойдет речь, но принять окончательного решения так и не могла. Она совсем не представляла себя в роли Командора Инквизиции, и уж тем более не представляла себя в роли главы вновь организованного Трибунала. Не то что бы на не понимала функции созданной организации или боялась ответственности, но тщательно взвешивая все “про” и “контра”, не могла прийти к однозначному решению.

Ария вернулась в Игру, и по не многу, продолжала заниматься созданием своих творений. Попытка захвата отложила на нее свой отпечаток, который выражался в том, что теперь она посещала публичные места только в сопровождении.

Поданная за два часа до начала аудиенции карета к дому Живой терпеливо дожидалась, пока Юля не выйдет из дома. Наконец двери открылись и Живая, в полном боевом наряде проследовала в карету. Стоило только ей разместиться внутри кареты, как сразу тронулись ко Дворцу. Приданные для статуса гвардейцы-НПС в количестве четырех, пристроились позади кареты. Полчаса езды, и Живая в сопровождении гвардейцев поднимается во Дворец.

У входа ее уже ждали, и освободив гвардейцев от их обязанности по сопровождению, повели в зал приемов. В самом зале, помимо Живой, были и другие приглашенные. Живая узнала Канцлера, глав некоторых кланов, представителей торговых гильдий. Кивая головой знакомым, Живая подошла к Канцлеру.

– Доброго дня, - поздоровалась Живая.

– Доброго дня, Юля, - ответил Канцлер, - Как ваше драгоценное? Как Ария?

– Благодарю, вашими молитвами. Ария тоже вроде в порядке.

– Надеюсь на это. Как у нее в реале? Может посоветовать кого?

– Нет, спасибо. Вроде нормально. Если что будет подозрительно, я скажу.

– Договорились.

Канцлер улыбнулся каким то своим мыслям. Потом взял Юлю под руку и пошел с ней по кругу.

– Ты в курсе, о чем пойдет разговор?, - спросил Канцлер.

– Конечно, мне Саша говорил.

– Юль, какое решение приняла?

– Никакое. Не готова я ни к первому, ни ко второму.

– Странное решение, - сказал Канцлер, - многие на твоем месте, которые получили подобное предложение, прыгали бы от радости, клялись всем чем угодно, что оправдают, докажут, будут и так далее. А ты вот так вот сообщаешь, что не готова принять ни первую, ни вторую должность.

– Валь, ну сам посмотри, у меня дочь, которая пережила достаточно сильный стресс, куда я от нее? А должность, это ответственность. И не только. Я вообще, если честно, отпуск хотела попросить. Хотя какие у нас тут отпуска?

– Так тебе и ездить никуда не придется. Командировки у тебя будут только в том случае, если сама захочешь. А по вопросу отпуска, так решим. К тому же, пока будет все формироваться, пока то, пока се.

– Вот именно. Пока все будет формироваться, глава новой службы в отпуске. Куда это годится? Если уж принимать такое предложение, то только после отпуска. И приступать к формированию лично. В любом случае присутствовать при формировании команды руководитель должен. А в идеале, так и вообще сформировать ее сам. Ведь ему с ней и работать в дальнейшем.

Они раскланялись с представителями крафтероф и прошли дальше.

– Возьми пару недель отпуска, съезди отдохни. Причем я говорю про реал. Думаю, что за две недели ничего не случится, а если что и произойдет, справимся. Не переживай.

– Я не могу.

– Почему? Финансовые вопросы мы урегулируем.

– Дело не в деньгах, дело в другом.

– Канд?

Живая улыбнулась.

– Все то вы знаете. Никуда от вас не спрячешься.

– Юль, ты давно уже тот человек, который так или иначе, в той или иной степени определяет политику Империи. И Империя заинтересована в тебе. Поэтому твое, я бы так сказал, самочувствие, да и благополучие весьма и весьма важно. Так что, из-за Канда?

– Из-за него.

– Скучаешь?

– Вопрос риторический

– Тогда бери отпуск, и съезди к нему.

– В две недели не уложусь.

– Тогда давай сделаем так. Ты берешь отпуск, и едешь к Канду. Проводишь с ним две недели и возвращаешься.

– А он там, в нейтралке, наверное прохлаждается?, - с легкой иронией спросила Живая.

– Ну вот что женщины за люди?, - с притворным ужасом ответил Канцлер, - предлагаешь вам решение на блюдечке с голубой каемочкой, а они отказываются.