Шрифт:
Джан запоздал всего на секунду, но этого хватило, чтобы закончить с Лурком и переключиться на него. Медный чайник с остывшим кипятком врезался ему в лоб, как пущенный из катапульты снаряд, выключив парня так же верно, как если бы кто ударил его дубиной.
Девушка, выбравшись из-под бесчувственного тела Лурка, кинулась к чужачке, но тут же была остановлена на полдороге и застыла, захрипев и схватившись за горло.
Старейшина едва не посинел, стараясь вдохнуть, и вдруг с громким клекотом сумел это сделать, задышав полной грудью. Его дочь сделала несколько неверных шагов и встала рядом с Серг, судорожно пытаясь вдохнуть поглубже.
Старейшина замер, глядя на девушку, подергивающуюся, хрипящую, выкатывающую глаза, и каркнул, едва выдавив из себя хриплые, рваные слова:
– Оставь! Не трогай! Ты уйдешь! Я не трону тебя! Сейчас сниму заклятие, оставь ее!
Старейшина взмахнул рукой, и Сергей почувствовал, как с тела слетели невидимые путы, рука дернулась – оцепенение прошло. Подтянул к себе дочь старейшины и, ослабив захват на горле, поставил ее рядом с собой:
– Одно движение, и я сломаю ей шею. Сейчас я выйду, она пойдет со мной. Когда окажусь вне опасности – отпущу. Все понятно?
– Отпусти ее, – мрачно бросил старейшина, потирая шею. – Я обещаю тебе, что не трону. Ты уйдешь. Клянусь.
– Он выполнит! – подал голос Лурк, с трудом поднимаясь с пола. – Он всегда выполняет обещания, не бойся! Старейшина Донг, говорил же я, ну не надо ее трогать! Неправильно все это! Вот никто меня не слушает, а потом…
– Заткнись! – устало вздохнул старейшина. – Серг, я всегда держу слово. Ты уйдешь, и тебе никто не причинит вреда. Братья выведут тебя наружу. Только я предлагаю переночевать здесь, и с рассветом уйдешь. И братья устали, и ты устала. Выспишься и уйдешь.
– Я у тебя не останусь, – мотнул головой Сергей, отпуская девушку и подозрительно следя за руками Донга, готовый мгновенно захватить того гравитационной петлей. – Я тебе не доверяю.
– Это правильно, – кивнул Донг. – Но можешь не бояться, раз я пообещал. Впрочем – дело твое, можешь уходить хоть сейчас. Тебя проводят. Проводишь, Лурк? Кстати, твой тупоголовый брат жив?
– Жив я! – возмущенно подал голос Джан, выползая из-под скамьи. – Чего тупоголовый-то?! Я по своей вине получил по башке?! Кто виноват? Вот зачем надо было на девку нападать?! Говорила же – сама уйдет! Старейшина, а не ты ли…
– Заткнись! Щас получишь у меня! – рыкнул Донг, не глядя на красного Джана, потирающего громадную шишку, выросшую на лбу. – Разговорились! В общем, плевать мне. Хочешь – оставайся, ночуй, утром уйдешь! Нет – вали и забудь дорогу сюда! Лурк и Джан проводят туда, откуда забрали! Все!
– Пусть у нас ночует, – вдруг предложил Лурк, схватившись за голову. – Старейшина Донг, полечи! Башка трещит! Эх, сильна девка! А что вообще это было? Как она с нами справилась? Ты же ее заморозил!
– Заморозил, да не до конца, – хмуро пояснил староста, не глядя на Серг. – Похоже, что крылья помогли, они ведь ее лечат. А потом она нас магией скрутила. Да, не ожидал я, что ты настолько сильна… У нас таких сильных Крылатых нет.
– Это чё, такая магия Крылатых, да? – с интересом перепросил Лурк. – А как она Джана завалила? Чайником, что ли? Ох, злая девка! На мамашу похожа! Ее даже старейшина Донг боится! Ее все боятся!
– Ну, чего болтаешь? – поморщился Донг и поманил рукой дочь: – Ты как, в порядке? Помощь нужна? Нет? Слава богам. Иди спать. А вы… в общем, валите отсюда. Все! Я все сказал.
– Ты не злись на него. Он так-то хороший. Он о нас заботится. А видела, какой сильный колдун?! Но ты тоже сильная, да! Вон как ты его скрутила! Ты ночуй, ладно? Так не хочется идти в ночь! Поспим, а утром и пойдем! Мы тебе топчан найдем, да! А сами с братом ляжем! Он на полу ляжет, а я на топчане!
– Чего это я на полу? Ты на полу, а я на топчане! Ты ее притащил, вот ты и отдавай свой топчан!
– Да ладно, ладно – жадная ты скотина! Ляжешь на топчан! Ну что, пошли, Серг?
– Да пошли… – кивнул Сергей, незаметно вздохнув. Тащиться в ночь ему очень не хотелось. Впрочем – что той ночи осталось?
– А мамаша ваша не против будет? Вы такие ужасы про нее рассказали, что после этого ваш колдун-старейшина кажется нежным и добрым!
– Да ладно! Мамка так-то хорошая! Только не противоречь ей, и все! Она не любит, когда ей против толкуют!
– Далеко еще? – прервал Сергей, полный худших предчувствий и уже жалеющий, что решил переночевать.
– Да вот уже и пришли! Видишь, вон та дверь, зеленая! Вот там мы и живем! Щас дома будем! Эх, и устал же я! Сколько мы с тобой прошли, братан?
– До хрена! Хреновая у нас работка, брат! И чего мы не колдуны?! Сидели бы дома, жрали лепешки…
– Наконец-то! – Дверь открылась, и на пороге возникла высокая женщина лет сорока с жестким, но довольно красивым лицом. По комплекции она напоминала Морну – не толстая, но могучая, эдакая былинная богатырша, которая и коня куда-то там забросит, и даже избу разворотит – если достанут!