– В любом случае, – сказала она. – Я спустилась прошлой ночью и вычислила, что выйду по тропе к ущелью Уолкера. Это самый короткий путь. На другом конце есть сторожка речной охраны. Мы можем взять у них лодку и припасы, одежду и обувь хотя бы.

Элен обвела рукой рваную окровавленную форму.

– Не то чтобы я жалуюсь…

Затем вопросительно посмотрела на меня.

– Они оставили тебя в пустыне, но…Но ты не боишься пустынь. Ты там вырос.

– Не нужно думать об этом, – перебил я.

После этого мы замолчали, и когда огонь догорел, Элен сказала, что ложится спать. Она устроилась в ворохе листьев, но я знал, что ей не спалось. Она все еще спускалась с горной вершины так же, как я все еще брел, потерянный, среди поля, устланного мертвецами.

На следующее утро мы встали изнуренные, с мутными глазами, но отправились в путь задолго до рассвета. Мы знали, что необходимо добраться до ущелья Уолкера сегодня, если хотим вернуться в Блэклиф до завтрашнего заката.

Мы не разговаривали, нам и не надо было. Идти с Элен – все равно что надеть любимую рубашку. Пятикурсниками мы проводили все время вместе и теперь инстинктивно стали передвигаться как в те дни: я – впереди, Элен – позади.

Ураган умчался на север, обнажив синее небо и чистую, сверкающую росой землю. Но помимо свежести и красоты, ненастье оставило поваленные деревья, размытые тропы, склоны, предательски забросанные грязью и мусором.

Безошибочно улавливалось какое-то напряжение, повисшее в воздухе. Так же, как и несколькими днями раньше, возникло ощущение, будто нечто затаилось и выжидает. Нечто неизвестное.

Мы с Элен не останавливались на привал. В пути мы неустанно выискивали медведей, рысей, заблудших охотников – любых существ, что могли обитать в горах.

В полдень мы взобрались на холм, который вел к ущелью, пятнадцатимильной пестрой реке деревьев, перемежающихся зелеными холмами, на которых золотились полевые цветы.

Мы с Элен переглянулись, почувствовав это одновременно. Что бы ни должно было случиться, это произойдет уже скоро. В лесу предчувствие опасности нарастало. Затем боковым зрением я уловил тень осторожного движения. Элен посмотрела на меня. Она тоже ее заметила.

Мы стали часто менять маршрут и держались в стороне от троп, отчего, конечно, проигрывали во времени, но усложняли задачу тем, кто сидел в засаде. С наступлением сумерек нам пришлось вернуться на тропу, где луна освещала наш путь.

Солнце только что село, и в лесу воцарилась тишина. Когда от деревьев отделился темный силуэт, я успел предупредить криком Элен как раз в тот миг, которой мне нужен был, чтобы достать кинжал.

Я не знал, чего следует ожидать. Армию убитых мною жертв, жаждущих мести? Существо из ночного кошмара, вызванное Пророками?

То, от чего стынет в жилах кровь? То, что проверит меня на мужество? Но вот чего я никак не ждал – так это маску. Я не ожидал увидеть холодные безжизненные глаза Зака, смотрящие прямо на меня.

За спиной вскрикнула Элен, и я услышал, как два тела упали на землю. Я повернулся и увидел, что Маркус напал на нее. На ее лице застыло выражение ужаса от одного его вида. Элен не делала ничего, чтобы как-то защитить себя, когда он пригвоздил ее руками к земле. Он вновь смеялся так же, как в тот день, когда поцеловал ее.

– Элен! – Мой крик вырвал ее из оцепенения, и она, отбившись от Маркуса, откатилась в сторону.

В этот миг на меня напал Зак. Его удары сыпались градом мне на голову, на шею. Дрался он бездумно, почти исступленно, так что я запросто от них уворачивался. Я обошел его сзади, взмахнув кинжалом. Он развернулся, уклонился от атаки и, по-собачьи оскалившись, ответил выпадом. Я нырнул под его руку и вонзил кинжал ему в бок.

Горячая кровь хлынула мне на руку. Я вынул нож. Зак застонал и отступил. Держась руками за бок, он привалился к дереву и позвал своего близнеца. Маркус змеей метнулся в лес вслед за Заком. На его бедре блестела кровь, отчего я испытал прилив удовлетворения. Элен ранила его!

Я уже вошел в раж и, ослепленный, бросился за ними в погоню. Издали донесся голос Элен, зовущей меня. Впереди тень Змея догнала Зака, и вместе они торопливо пошли вперед, не зная, как близко я от них нахожусь.

– Тысяча чертей, Зак! – вскрикнул Маркус. – Комендант велела нам прикончить их до того, как они выйдут из ущелья, а ты убежал в лес, словно испуганная девчонка…

– Он ранил меня, ясно? – судя по голосу, Зак задыхался. – И вообще, она не сказала, чтобы мы связывались с обоими сразу, разве нет?