Наконец Кухарка отправилась спать и на кухне воцарилась тишина. Где-то в городе страдал в тюрьме меченосцев мой брат. Ты должна добыть сведения, Лайя. Тебе надо получить хоть что-то для Ополчения. Разговори Иззи.

– Легионеры сегодня так шумят, – начала я, не поднимая глаз от штопки. Иззи издала вежливый звук. – Да и курсанты тоже. Интересно почему?

Когда она не ответила, я переменила позу, и Иззи бросила на меня взгляд через плечо.

– Это Испытания, – она на мгновение перестала раскладывать белье. – Братья Фаррары вернулись этим утром. А Аквилла и Витуриус едва успели вовремя. Их бы убили, если бы они появились даже на несколько секунд позже.

Это была самая длинная фраза, сказанная ею за раз. И мне пришлось одернуть себя и не пялиться на нее.

– Откуда ты знаешь? – спросила я.

– Вся школа об этом говорит, – Иззи понизила голос, и я придвинулась ближе. – Даже рабы. О чем тут еще разговаривать? Разве что сидеть и сравнивать друг у друга синяки.

Я прыснула, и это выглядело так странно, почти ненормально, все равно что шутить на похоронах. Но Иззи улыбнулась, и мне стало легче. Барабаны снова застучали, и хотя Иззи продолжала свою работу, я видела, что она слушает.

– Ты понимаешь барабаны?

– Они по большей части отдают приказы. «Синий взвод вступает в дозор». «Всем Кадетам явиться к оружейной». Что-то в этом роде. Прямо сейчас им приказано прочесать восточные туннели. – Иззи посмотрела на аккуратную стопку полотенец. Светлая прядь упала на лицо, отчего она выглядела особенно юной. – Когда пробудешь здесь подольше, тоже научишься их понимать.

Едва она произнесла эту пугающую фразу, как в передней хлопнули двери. Мы обе подскочили на месте.

– Рабыня, – это была Комендант. – Наверх.

Мы с Иззи обменялись взглядами, и я с удивлением отметила, как тревожно и быстро заколотилось сердце. Страх медленно сковывал меня до самых костей, пока я поднималась по лестнице. Я не знала, почему так боялась. Комендант призывала меня наверх каждый вечер, чтобы заплести ей волосы на ночь и взять одежду для стирки. Сегодня будет то же самое, Лайя.

Когда я вошла в ее комнату, она стояла у комода, лениво водя кинжалом над пламенем свечи.

– Ты принесла ответ от кузнеца?

Я передала ей ответ Телумана. Комендант повернулась и посмотрела на меня с холодным интересом. Пожалуй, это были самые сильные эмоции, что мне доводилось наблюдать.

– Спиро не принимал новые заказы годами. Должно быть, ты ему приглянулась.

От ее слов у меня мурашки поползли по коже. Она потрогала кончик кинжала указательным пальцем и стерла выступившие капельки крови.

– Почему ты распечатала его?

– Сэр?

– Письмо, – пояснила она. – Ты открыла его. Почему?

Она стояла передо мной, и если бы можно было сбежать, я бы была у двери в мгновение ока. Я сжимала подол юбки в руках. Комендант склонила голову, ожидая ответа, как будто ей по-настоящему интересно, как будто хоть какой-то ответ мог удовлетворить ее.

– Это вышло случайно. Рука соскользнула… и печать сломалась.

– Ты не умеешь читать, – сказала она. – Поэтому я не понимаю, зачем бы тебе понадобилось открывать его намеренно. Если только ты не шпион, планирующий выдать мои секреты Ополчению.

Ее губы изогнулись в некое подобие улыбки, только совершенно безрадостной.

– Я… я не… – Как она узнала про письмо? Вспомнился шорох, который я слышала в холле после того как вышла из ее комнаты этим утром. Она видела, как я с ним возилась? Может, клерк курьерской конторы заметил на ней изъян? Не важно. Я подумала о том, что слышала от Иззи, когда только пришла сюда. Комендант видит и знает то, что не должна знать.

В дверь постучали, по команде Коменданта в комнату вошли два легионера и отдали честь.

– Взять ее, – велела Комендант.

Легионеры схватили меня, и теперь стало ясно, зачем ей понадобился кинжал.

– Нет, пожалуйста, нет…

– Тихо, – она обронила мягко, словно произнесла имя любимого.

Солдаты пригвоздили меня к стулу, их руки в тяжелых, как кандалы, доспехах держали мои руки, их колени опустились на мои ступни. Лица обоих не выражали ничего.

– Обычно я выкалываю глаз за такую дерзость или отрубаю руку, – размышляла Комендант. – Но не думаю, что покалеченная ты будешь так же нравиться Спиро Телуману. Тебе повезло, девочка, что мне нужен телуманский меч. Тебе повезло, что он положил на тебя глаз.