– Но ты же ничего ему не сказала! – изумилась эльфийка.

– Спятил… а? О таких вещах никогда не говорят вслух. Женщина, соблазняя, разговаривает языком глаз и тела, и никогда не уподобляется мужчинам, заявляя что-то типа: «Эй, крошка, пошли покувыркаемся!» Иначе это уже не женщина, а не пойми что. И еще: не давай однозначных ответов – да, нет. Лучшие варианты – возможно, может быть… То есть общайся полунамеками. И постарайся быть естественнее – представь, что это игра, в которой у тебя заранее есть все преимущества.

Эльфийка задумчиво меня рассматривала.

– Что-то не слишком похоже на тебя! Ты довольно четко сообщила свое «нет» мне и Триону! Да и вообще полунамеками не общаешься… –

– Ну Тори, я же и не собиралась вас соблазнять! А при общении с друзьями лучшая политика – честность! И женщины, которые этого не понимают… Ну не думаю, что у них много друзей. Ладно, мастер-класс закончен! – возвестила я, поворачиваясь к воротам. За разговором мы незаметно дошли до казарм.

Я хихикнула, разглядывая окружающее меня великолепие. Из-за высоченного, не меньше пяти метров, забора торчала крыша казарм королевских гвардейцев. Высокие крепкие ворота в два человеческих роста охранялись с двух сторон небольшими башенками с узкими окнами-бойницами. Сразу понятно, что в этой стране является главным сокровищем, мысленно констатировала я, переведя взгляд на королевский Дворец, окруженный тонкой ажурной оградой высотой в человеческий рост.

Тори, не выдержав, поинтересовалась причиной моего неэстетичного хрюканья в рукав. Я честно сообщила о своих выводах… и получила слегка высокомерный взгляд от эльфийки.

– Лейна, посмотри истинным зрением – эту «ажурную оградку» плели гномьи шаманы. Любого идиота, рискнувшего войти во дворец с дурными намереньями в отношении королевской семьи, просто испепелит. Да и ворам она не под силу. А на стене вокруг казармы магии нет ни капли. Думаю, что ее основное назначение не защита, а ограждение неспокойных молодых рекрутов от соблазнов города… – усмехнулась Тори.

Вот черт, опять забыла про магию! Пора бы уже и привыкнуть… Я покосилась на веселящуюся эльфийку, сдерживая детское желание показать язык, и стукнула в ворота огромным медным кольцом.

– Малыш, подожди нас здесь, ладно? А то, боюсь, с такой охраной нас не пропустят. – Я потрепала звереныша по пушистой шерстке. Тяжко вздохнув, сэльфинг свернулся калачиком под развесистым деревом слева от ворот.

– Ну кого там еще демоны притащили? – прозвучал хриплый голос из-за створок. Из маленького окошечка, на уровне моей шеи, на нас смотрел выцветший голубой глаз в сеточке морщин. Э-э… а как же звали того приятеля Тумара, который служит в этом полку? Ага, вспомнила!

– Скажите, любезный, не могли бы вы пригласить капитана Шаррета или проводить нас к нему? – Я ослепительно улыбнулась внимательно рассматривающему нас глазу. Мой невидимый собеседник моргнул и снова сфокусировался на моем лице.

– А зачем он вам? – Голос зазвучал подозрительно.

Интересно, его-то это каким боком касается? Любопытный, значит… Я сощурилась, пряча чертенят в глазах.

– Понимаете, уважаемый, тут дело семейное! – таинственным шепотом поведала я. На мгновение мне показалось, что мой собеседник имеет смутное родство с креветками – его глаз едва не вылез из орбиты от любопытства.

– Вот эта эльфийка… Нет, не думаю, что имею право вам об этом говорить! – Я задумчиво рассматривала видимую часть собеседника. – Понимаете, это же семейная тайна!

Страж ворот энергично вращал глазом, молчаливо стараясь убедить меня, что он достоин всяческого доверия.

– Впрочем, вам ведь доверили охранять такой важный пост, значит ценят и уважают… – как бы размышляя, продолжила я. – Вот что! Мы вам, конечно, расскажем, а вы пообещаете хранить все в тайне. И пропустите нас во двор! – Стражник так энергично кивнул, что был слышен явственный звук удара с противоположной стороны ворот. Хех! Про таких говорят: голова дубовая! В глазе вновь прилипшего к окошку стража разгорался фанатичный блеск профессионального сплетника. Наклонившись к смотровой щели, и опасливо оглянувшись на эльфийку – а то еще испортит чего! – я прошептала:

– Понимаете, это его дочь! Ну помните, ту кампанию на эльфийской границе? – Я кивнула глазу, как сообщнику: – Только никому ни слова!

Глаз выпучился еще больше, возбужденно уставившись на Тори.

– Ну так вы собираетесь нас впустить или мы так и будем стоять у ворот? – Я покосилась на эльфийку, с трудом сдерживающую смех, и незаметно для стража показала ей кулак.

Мой собеседник закрыл смотровое окошко и заскрипел засовами. Неужели действительно поверил?! Надеюсь, у капитана Шаррета хорошее чувство юмора. С интересом оглядев моего собеседника – сухонького, опасно юркого мужичка лет сорока от роду, с горящими от предвкушения глазами, – мы прошли во двор.

Пройдя к центральному зданию и получив на свой счет несколько изумленных взглядов, мы остановились у главного входа. Возле массивных дверей лениво ошивалась парочка великовозрастных оболтусов. Похоже, прибыло пополнение. Не собираясь торчать в очереди, я дернула ручку двери и вошла в полутемный холл.

– Как вы здесь очутились? – Изумленный голос принадлежал пожилому человеку за конторкой. Кажется, мы прервали его сладкую дрему…

– Нам нужен капитан Шаррет. Не могли бы вы нас к нему проводить? Или хотя бы указать дорогу? – Я мило улыбнулась и, двинув Тори локтем в бок, прошипела: – Улыбайся!