движением скользнул на землю. Ратовище сухо ударило в камень ближайшего

надгробия, тут же раздался треск раздавленного флакона, и над кладбищем

поплыла еле заметная дымка. Даже не туман, лишь его смутное обещание

– Призрачный снег.
– Прошептал обожающий алхимию Радомир, и пояснил

недоумевающим друзьям.
– Зелье из легких снежного волка. Сильная штука. Теперь

всякая, имеющая материальное тело тварь, будет передвигаться значительно

медленнее. "Снежники" так загоняют добычу.

– А на самого "уборщика", оно не действует?
– Поинтересовалась Мила.

– Вряд ли.
– Пожал плечами Радомир.
– Специально для таких случаев в зелья

вплетаются ограничивающие чары.

Тем временем, Немой заряженный мощным тонизирующим зельем, несущийся

огромными скачками к центру кладбища, уже успел привлечь к себе внимание

нескольких тварей. Это было последнее, чем заинтересовались зомби, прежде чем

осыпаться прахом от мощных ударов "остролиста". Зачарованный клинок с

недовольным мерцанием высосал то подобие души, что подселил в разлагающиеся

тела своих созданий неизвестный некроном, и уборщик полетел дальше.

Встретившиеся на его пути косторезы и вооруженные древними ржавыми мечами

скелеты, разлетелись в стороны костяным крошевом, но тут Немой неожиданно

замер на месте. Из-за ближайшего надгробия вылетели уродливые полупрозрачные

зеленоватые кляксы, испускающие гнилушечный свет.

– "Пожиратели".
– Угрюмо прокомментировал Турн.
– ****ец котенку.

– Почему? Они такие сильные?
– Опять спросила Мила, весьма далекая от боевых

заклятий некрономов.

– Пожиратели - это воплощенный ментальный удар. Они питаются чужим

разумом, набирая таким образом силу.
– Ответила Эль. О пожирателях она немного

знала, точно такой же охранял кабинет отца в его отсутствие. Хороший защитник...

может пробить почти любой щит разума. Турн прав, Немому конец. От одного

пожирателя еще можно убежать или заманить в специальную ловушку, а трое,

верная смерть... Даже если у тебя есть защищающий разум артефакт. Что это?!

Уборщик, стоявший напротив своих убийц, как-то странно дернул головой и

недосущности, резко оплыв, растворились в воздухе. Эль была в шоке. Одно время

она изучала эти создания (уж очень хотелось пошарить в папином столе), и во всех

книгах прямо указывалось, что с пожирателями НЕВОЗМОЖНО справиться

голыми руками! Только при помощи сложнейшего ритуала или специального

артефакта, экранирующего разум чародея, и то, при условии что пожиратель один!

Мра-ак.

Дальнейший путь, Немой проложил себе шестом и огнем, вспыхивавшим там, где

скапливалось больше всего противников. Сталь разваливала умертвий на части, с

хрустом врубалась в костяки ходячих скелетов, а окованный серебром тупой конец

шеста молниеносно проламывал черепа темных гончих, тут же тающих черным

дымом. Чавк, хруст, скрежет и невообразимая вонь разложения отмечали путь

Немого к месту призыва. Заляпанный дурнопахнущей слизью, парень вломился в

склеп, избранный колдунами для проведения ритуала.

Что происходило внутри, чаромуты не видели. Трудно, знаете ли, сидя на дереве, в трехстах метрах от места действия, заглядывать в наполовину ушедший под

землю, древний склеп.

Ворвавшийся в освещенный черными (а как же) свечами склеп, Немой, не

останавливаясь ни на секунду, пустил в ход вооруженный "остролистом" шест, и

вытянувшиеся в трансе ритуала колдуны, начали мягко оседать на расчерченный

сложнейшим рисунком призыва, пол. Зачарованный клинок засиял совсем уж

нестерпимо, переполненный душами убитых чародеев. С последним упавшим

колдуном, мир вокруг Немого д р о г н у л , и невероятная сила впечатала уборщика

в стену.

В ту же секунду ученики почувствовали, как кладбище ощутимо тряхнуло, в

воздух взлетели комья грязи, а через мгновение стало видно, что оставшаяся, не

успевшая встретиться с Немым, нечисть, рассыпается в прах, словно кто-то

вытягивает из нее силу. Но не успели друзья облегченно вздохнуть, как что-то