И это мое единственное оправдание за то, что я делаю, возможно, самую глупую вещь, которую я когда-либо делала.

Я иду прямо в дверь. Я ничего не слышу, что Бен говорит мне. Я распахиваю дверь и выхожу в эти прожекторы, пистолет на боку.

Из-за угла и света, я ничего не вижу, но слышу, как люди кричат мне бросить оружие и поднять руки вверх. Это так отличается от того, что я ожидала, будто кто-то вылил на меня холодную воду.

Силуэт движется ко мне. Ее оружие поднято вверх, руки пусты, и она говорит мне.

Я роняю пистолет и поднимаю свои руки вверх, как только узнаю Хейли Уокер. Я сосредотачиваюсь на ее губах. Сначала все, что я слышу, как кровь бежит по моим ушам, но потом понимаю, она спрашивает, - Джаннель, ты в порядке?

Я не в порядке.

Я не уверена буду ли когда-нибудь в порядке снова. Поэтому я просто говорю: - Они все умерли.
– потому что это в значительной степени подводит итог всего.

***

Допрос длится в течение нескольких часов.

Тишина, которая следует, еще более длительна.

После того как Хейли и подразделение АИ вошли в губернаторский дом и нашли нас, забрали всех обратно в штаб АИ для оказания медицинской помощи и разбора полетов. Я была сразу отделена от Бена, Элайджи, и Рене. Пулевое ранение в руку осмотрели, обработали и посчитали поверхностным в худшем случае, все как в кино. Как только моя левая рука была забинтована, меня усадили в комнате без окон, с чашечкой кофе и потребовали рассказать все.

Так что я рассказала им.

Потом я рассказала им снова. И в третий раз.

Я даже описала в общих чертах Хихикающего и парней, которых я видела в Черной дыре.

Но где-то между пятой и шестой чашками кофе, когда я не была уверена сколько минут, часов, или даже дней прошло, я начала собирать недостающие фрагменты:

Я обязана жизнью Хейли Уокер и ее партнеру, Джимми Мейсону.

Директор не добрался до зала совещаний на 0600, о котором он думал. В то время как специальный агент Роберт Барнс информировал всех остальных, Хейли почувствовала неладное. Она схватила своего партнера и они поехали к директору домой. Когда они добрались туда и нашли его и его жену мертвыми, Хейли вызвала остальных.

Барнс уже собрал целевую группу и отправился в Черную дыру, конфисковал все оборудование, и арестовал всех, кто был там. Так что он поручил Хейли и Джимми сформировать группу, чтобы отыскать нас.

Директор вел организованной календарь, даже для своих социальных планов. Губернатор была там на ужин с мужем и никто из них не истекал кровью на полу, следовательно, они были либо частью этого, либо их уже взяли.

К счастью для нас, первое место, которое Хейли и Джимми осмотрели, был дом губернатора.

***

По словам Хейли и Джимми, АИ нашли и арестовали мужа губернатора. Он был связующим звеном между ней и Меридианом. Он взял фамилию жены, когда они вступили в брак, что по-видимому не было чем-то необычным в Приме. Мэйкон Меридиан стал Мэйконом Уортом, а губернатор оказалась соединена с Меридианом кровью.

Как дольше всего служащий губернатор Примы, она лгала, мошенничала, покупала людей и использовала Непристроенных, чтобы остаться при исполнении служебных обязанностей. Рене Адамс была последней в длинной линии компьютерных хакеров - лучших из своих миров - который были особым заказом и доставлены губернатору. Она заставила их работать, копаясь в частных счетах, чтобы шпионить и уничтожать политических конкурентов.

***

После часов, когда я рассказывала им все, включая расположение Непристроенных, мы были спасены от дальнейших оформлений, дверь открылась. Я не спала так долго, что мышцы в моем правом глазу дергались.

Хейли вошла первой. Ее глаза налиты кровью. Скорее всего, она бодрствовала, пока я была здесь, а сейчас истощение взяло свое, она не может скрыть печаль, которая давит на ее плечи.

Надеюсь Барклай знал, как сильно она любила его.

Роберт подошел к ней сзади. Он в хорошей форме для парня в почти сорок лет, но весь его внешний вид растрепанный - галстук болтается, рубашка не заправлена, волосы торчат в странных местах. Он зевает и пытается оправдаться, но его слова теряются в мешанине слогов.

– Извини за это, - говорит он, притягивая еще чашку кофе через стол.

Я качаю головой.
– Я думаю, что превысила свой лимит.

– Ты уверена?
– говорит он. Когда я киваю, он пожимает плечами и отпивает из нее сам.

– Что еще тебе нужно знать?
– спрашиваю я. Нет смысла спрашивать, когда я смогу вернуться домой. Они знают, что я хочу, и вопросы не доставят меня туда раньше. Они отправят меня домой, когда все дела со мной будут решены.

– Не много, - говорит Роберт, поглядывая на дверь.