– Угу. Логично, – согласился я. – Не тяжело так жить, зная будущее?

– Совершенно нет, – качнул головой Лулио. – Никто ведь не заставляет тебя смотреть всю линию своего будущего. Проходишь по вершкам, оценивая на уровне «хорошо» и «плохо». Если «плохо», оцениваешь причины, отматываешь линию из будущего в прошлое до «настоящего», находишь переломные точки, мысленно меняешь, оцениваешь новые варианты линий, снова при необходимости меняешь, пока не найдешь оптимальный вариант.

– В общем, предопределенного ничего нет?

Лулио кивнул:

– И нет никаких гарантий, что все будет именно так. В любой момент все может поменяться. Тем не менее видение будущего – вполне удобный инструмент, если правильно им пользоваться. Кстати, для тебя доступен только «чистый» вариант видения.

– Почему? – спросил я, хотя уже примерно знал ответ.

– Просто ты вносишь в Суть Мира толику хаоса, что не позволяет увидеть твое будущее и прошлое, так как ты не оставляешь там свой след. Это и хорошо, и плохо. Хорошо – ты мало предсказуем и линии будущего тех, кто рядом с тобой, становятся зыбкими и недостоверными, так как Суть Мира не может просчитать твое влияние на этих людей. А плохо – если ты что-то можешь и значишь в этом мире, но Суть тебя не видит, то любое будущее становится малодостоверным.

– О как! – задумчиво выдал я. – То есть совсем-совсем?

– Ну… – протянул Лулио. – Все же по косвенным данным, людям, событиям, окружающим такого баламута, как ты, Суть Мира что-то и может построить, но, насколько точно, тут уж я не могу сказать.

– Понятно, что все, что может быть, случится, а может и не случиться. Опять эта проклятая неопределенность! Но неужели с технической точки зрения все так просто с видением? – пробормотал я. – То есть любой, кто может видеть, соответственно, может быть в курсе всего на свете?

Чародей погладил свою бороду:

– На самом деле все не так. Видящие делятся на неофициальные ранги, коих десять штук. – Я кивнул при слове «неофициальные», вспомнив, что Карина делила видящих всего по трем градациям. – Разница между рангами несколько размыта, так как не найдется двух чародеев, одинаково видящих. У кого-то лучше получается, у кого-то хуже. Если чародей хочет получить ранг, то собирается специальная комиссия из видящих, которая по многим параметрам, о которых я не буду говорить, высчитывает текущий ранг соискателя. Сам ранг в общем-то ни на что не влияет и имеет некоторое значение только в том случае, если чародей находится на государственной службе, да и то если работает в области, связанной с предвидением и анализом.

– То есть могут существовать неизвестные сильные видящие?

– Это возможно, – кивнул Лулио. – Но вряд ли их очень много. Не знаю, поймешь ли ты… Чтобы стать сильным видящим, надо обладать крепкой психикой. Ведь будущего нет. Есть его варианты. И их слишком много. Через какое-то время у каждого видящего, пытающегося анализировать настоящее и будущее, наступает пресыщение информацией. Все становится зыбким, непонятно, где реальность, а где возможная вероятность. Происходит внутреннее отторжение этих способностей, когда видящий начинает использовать их через силу, по необходимости. Что, в свою очередь, ведет к ухудшению способностей.

– Понятненько… – протянул я обескураженно.

Мне кажется, тут играет роль непривычность местных людей к восприятию и обработке больших массивов информации. В этом плане становится понятно беспокойство Лулио, когда я начал тренироваться в этом деле. Действительно можно двинуться головой. Вот только мне вряд ли грозит подобное. Все же и тренинг у меня был довольно мощный в моем мире, да и проапгрейденные мозги должны иметь большую устойчивость.

– У меня высший – десятый ранг, – с толикой гордости сказал Лулио. – Но даже я не всемогущ. Я знал лишь одного видящего такого ранга – основателя Общества оракулов, но он уже умер. Конечно, сильные видящие существуют. Да хоть бы даже другие оракулы: как ты понимаешь, никто не заставляет официально получать ранги, а соответственно, и заявлять о себе. Но получить высший уровень слишком сложно. Мне просто сомнительно, что кто-то будет специально пытаться достигнуть таких высот без необходимости. А необходимость существует в основном в рамках государственной службы, где такого чародея не пропустят мимо глаз. Вот и получается, что, вероятнее всего, я – чуть ли не единственный видящий высшего ранга. – Лулио иронично улыбнулся, явно забавляясь ситуацией, сложившейся вокруг видения и конкретно него.

Что характерно, Лулио явно не возгордился, обретя такие возможности. Скорее относился к этому как к данности, с легкой насмешкой. Мне это понравилось.

– А что насчет прошлого? Тут вроде бы должно быть все проще, ведь прошлое только одно.

– С одной стороны, да. – Чародей задумчиво потер подбородок. – Если ты можешь, как у нас несколько напыщенно говорят, «проникать взором в суть прошлого», то это дается действительно проще, чем работать с многовариантными линиями будущего. Но по какой-то причине таких видящих меньше, а особенно тех, кто и в прошлое зрит, и в будущее. Почему, никто до сих пор не знает. Пример перед твоими глазами – Карина. У нее средние, самые распространенные среди подобных видящих способности. А вот будущего она не видит. Разве что на уровне редких озарений, когда может ухватить наиболее вероятное развитие событий. Да и то чаще всего это проявляется в виде развитой интуиции. Причем работает это у нее не всегда, о чем ты можешь судить по тому случаю, когда ее подловил чародей в Арфике. С другой стороны, слабых видящих прошлого, способных видеть в течение короткого промежутка времени на уровне вспышек озарений нечеткие картинки, довольно много среди чародеев, чего в обычной жизни вполне достаточно. Это напоминает неожиданно возникшее знание. К примеру, любой чародей, работающий в области сыска и расследования преступлений, как минимум владеет такой способностью. Вопросы есть?

– Пока нет. – Я задумался. – Но вы меня просветили. Теперь я могу быть относительно спокоен за свою личную жизнь.

Лулио усмехнулся и неожиданно поменял тему разговора:

– Карина сказала мне, что у тебя есть древний амулет, позволяющий общаться на любом расстоянии, и никто не сможет перехватить разговор.

– Хм… Когда только успела? – Я действительно упустил этот момент – еще не включал свою прослушку. Да и надоедает, честно говоря, постоянно быть в курсе того, кто и что говорит.