ПЭДДИ. Будет, милая.

ДЕДРЕ. Может, в полицию позвонить?

ПЭДДИ. Может быть и придётся.

ДЕДРЕ. Вы верите?

ПЭДДИ. Во что, милая?

ДЕДРЕ. Может, нам стоит помолиться.

ПЭДДИ. В том-то и дело, что никто из нас уже не знает, во что нам верить. Дай я надену куртку, возьмём машину и поедем их искать.

НОЭЛЬ. Мама? Мама? Это ты?

Уна стоит посреди дороги.

НОЭЛЬ. Что ты здесь делаешь посреди ночи?

УНА. Гуляю.

НОЭЛЬ. Ты насквозь промокла.

УНА. Недавно был дождь.

НОЭЛЬ. Да.

УНА. А теперь небо чистое. Даже и не скажешь, что дождь прошёл. (Глядя вверх.) Я стояла тут и смотрела, как под луной плывут облака.

Ноэль смотрит вверх.

Думаешь, он смотрит на нас оттуда?

НОЭЛЬ. Не знаю.

УНА. Я только надеюсь, ему там лучше.

НОЭЛЬ. Если где-то бывает лучше.

Пауза.

УНА. Я лежала на дороге.

НОЭЛЬ. Что?

УНА. Я лежала на дороге и ждала, что из темноты выедет грузовик.

Молчание.

Я смотрела на облака; одно было похоже на ребёнка, завёрнутого в одеяло. Я, наверное, рехнулась. Лежу на дороге посреди ночи и воображаю, будто вижу в небе младенцев.

НОЭЛЬ. Ну, да, это я виноват, что ты родила только двоих.

УНА. Что?

НОЭЛЬ. Скажешь нет?

УНА. Ты-то при чём?

НОЭЛЬ. Перестань, мама. После моего рождения у тебя уже не могло быть детей. Неужели ты никогда не винила меня за это?

УНА. Конечно, нет.

НОЭЛЬ. Неправда! Ну, а сейчас…

УНА. Что?

НОЭЛЬ. Что заставило тебя встать?

УНА. А?

НОЭЛЬ. С дороги?

УНА. Я подумала о том, чего могу не увидеть.

НОЭЛЬ. Внуков.

УНА. Может быть.

НОЭЛЬ. А что если у тебя не будет этих долбанных внуков? Ты и за это никогда меня не простишь?

Уна не отвечает.

Луч фонаря освещает их. Входят Пэдди и Дедре.

ПЭДДИ. Уна?

Уна и Ноэль поворачиваются к ним.

ПЭДДИ. Вы что здесь делаете?

УНА. Ничего. Разговариваем.

ПЭДДИ. Я из-за вас чуть с ума не сошёл! Мы с Дедре обежали все поля. А эти два идиота стоят на дороге посреди ночи! Вас же машина могла сбить! Вот уже до чего дошло? Носимся со своей виной. Все до одного. Но я ни в чём не виноват, и ты ни в чём не виновата, и никто ни в чём не виноват! Хватит уже цепляться за мёртвых, пора подумать о живых. А если нет… Тогда я не знаю, сколько ещё смогу вынести. Слышишь меня? Тебе выбирать, Уна. Можешь оттолкнуть нас всех и до конца дней своих жить озлобленной старухой. А можешь перестать наказывать нас и дашь всем нам жить дальше. Решай!

УНА. Я сама себя наказываю.

Уна смотрит на Ноэля.

Это не тебя мне надо прощать. А его. Как я его отпущу, когда не могу простить?

Ноэль плачет. Остальные трое смотрят на него.

Дедре делает к нему шаг, но Пэдди хватает её за руку и оборачивается к Уне.

УНА. Наверное, я поднялась с дороги, потому что подумала о том хорошем, что ещё может с нами случиться. Если ты не женишься, не заведёшь детей, значит состоишься в другом.

Она обнимает его, он рыдает.

НОЭЛЬ. А вдруг я тебя разочарую?

УНА. Не разочаруешь. Пока остаёшься самим собой.

НОЭЛЬ. Не так-то легко.

УНА. Ещё бы! Но надо нести свой крест до конца.

ПЭДДИ. Домой!

УНА. Идёшь?

НОЭЛЬ. Иду.

Они уходят. Ноэль проходит мимо Дедре, даже не взглянув на неё. Дедре, всеми забытая, на мгновение остаётся на сцене одна.