— Добро пожаловать в наш тихий уголок, — с нервным смешком поздоровался сторож. — Познакомься с соседями — вам теперь на одном кладбище лежать, привыкай.

Он опустил ткань и ушел в каморку: скоро начинался футбольный матч.

Когда его шаги стихли, ткань зашевелилась.

Раздался глубокий вдох, и прикрытый тканью труп поднялся и сел на тележке.

Ткань слетела с него, и вместе с ней на тележку и пол посыпались куски обгорелости.

Леснид еще раз вздохнул и провел по лицу ладонью. Комья черноты слетели, обнажая розовую свежую кожу. Леснид отряхнулся и слез с тележки на пол.

— Вот это номер, — произнес он, откручивая с большого пальца правой ноги бирку. — Костюм ни к черту, зато ботинки отобрали.

Беспокоить сторожа он не стал — конечно, хорошо, если утром количество трупов окажется прежним, но нет желания делать это за счет бедняги. Он ни в чем не виноват, и получать сердечный приступ ему незачем.

Главное — отыскать к\'Ощея и сразиться с ним в третий и последний раз.

Леснид разложил на тележке кучу белья, создавая подобие человека, и укрыл его тканью. Не сдержался и оставил записку:

«Ушел недалеко, скоро вернусь»

Никто в жизни не подумает, что записку написал бывший мертвец, что морг пережил нашествие вандалов. И, скорее всего, не станут поднимать большой шум — ни к чему городу отрицательная слава.

— А теперь не стоит терять времени, — сказал он, прокравшись к выходу и выбираясь на свежий воздух. — Нынешний счет: один — один, и третья битва станет решающей.

В небе ярко светила луна.

И только она видела, как Леснид шагал прочь от морга.