Не понял. По всем показаниям он мертв. Даже сейчас. Но трупы не говорят и не размахивают оружием. Да еще эта скорость... Я пригляделся, что-то в нем мне не нравилось. "Прерывистость и легкая дерганость движений", - наконец уловил я то, что проскальзывало у меня где-то на задворках сознания.

– Киборг, - пробурчал я.

– Догадался?
– мне показалось, или в его голосе и правда послышалось некое удивление? Хотя откуда оно там?..

Сейчас это машина, а его разум находится в анабиозе. Телом управляет искин, в который залита его психологическая матрица.

Что делать? Полные киборги одни из наиболее опасных противников. Уязвимых мест практически нет. Нереальная скорость обработки информации. Про силу и остальные физические качества можно и говорить. Они нечеловеческие. Но есть у них и одна слабость. И это выражается в той самой дерганости движении.Это все-таки не живое существо и не механизированная цивилизация, это всего лишь искин, который управляет роботом. И нужно уловить эту микросекундную рассинхронизацию его движений. И воспользоваться именно ею, подстроившись под этот такт.

Удар. Нужно нанести один-единственный, отрубив связь искина с телом, и то не факт, что это поможет. Но попробовать стоит. Вот где бы мне пригодилась сила троглодитов. Ну а у меня шанс только в скорости и точности удара, хорошо хоть есть чем бить, вот и пригодится купленный когда-то десантный нож. Начинаю слегка подкачивать маятник, подстраиваясь под манеру движения киборга. Плохо, что у него настолько высокая скорость движении и сила, долго я такой темп не вытяну.

Так. Еще раз. И еще. Все, пора. Черт. Удара не избежать. Но хорошо хоть толчковый, а не кулаком или ножом, зажатым во второй руке. Выбрасываю на очередном взмахе киборга свою руку с зажатым в ней ножом. Все, ее удар пришелся именно туда и так, как я рассчитывал. Нож перерубил шейные позвонки и отключил канал управления между искином и телом. Но этого я уже не видел. Расплата пришла раньше. Сильнейший удар в грудь отбросил меня к стене, и я потерял сознание.

* * *

– Что с ним?
– раздается вполне узнаваемый голос. Хотя голоса троглодитов сложно с чем-то спутать. Так что это говорит один из них. Но вот кто конкретно, я сказать не могу.

– А ты догадайся с одного раза, - а вот этот ехидный я точно ни с чем не спутаю, это Таал, вечный спорщик и между тем главная ударная сила троглодитов. Он продолжил говорить: - Оглянись вокруг. Нож этого человека в горле отключенного киборга, которого мы все, кстати, проморгали. Человек без сознания валяется у стены. На что это похоже?

И, видимо, он оглядел присутствующих.

– Тут был бой, и судя по всему, наш непонятный человек вышел победителем, хоть и слегка потрепанным. Но это еще удивительно, как он с одним десантным ножом смог уложить агарского киборга шестого поколения.

"Смотри-ка, а они разбираются в моделях", - удивляться не было сил, все тело болело, как будто по мне дубасили огромной кувалдой несколько дней подряд, но вот сам этот любопытный факт я запомнил.

– Так он жив?
– спросил Треуг.

"О уже, начинаю соображать гораздо лучше", - констатировал я.

– Ну, по крайней мере дышит, - ответил Гаал.
– Я не очень хорошо разбираюсь в их биологии. Но от прямого удара киборга даже нам переломало бы все кости. Так что досталось ему прилично.

– Понятно, - ответил тот, - и что будем делать?

Немного молчания.

– А что делать, то, что он нам и говорил. Обыскиваем, собираем. Личные вещи не берем. Трупы в утилизатор. Макса и Логапа оставим тут на корабле. Если человек прав, то этот док более надежное место, чем наш старый ангар. Так что пусть побудут тут.

И, похоже, следующий приказ:

– Граг, останешься с ними, мы пойдем займемся делами.

– Понял, - ответил заместитель Гаала.

Тот направился к двери, но потом остановился.

– Да, и надо бы отнести его в каюту, не валяться же ему тут на полу.

"Ну спасибо", - усмехнулся я.

И тут ко мне подошли, а потом не очень то и вежливо подняли на ноги. По телу разлилась мгновенная боль, а потом я опять отключился.

Следующий день. Полдень. Незарегистрированный док. Транспортник

Открываю глаза. Тело хоть и ломит, но такой боли, как вчера, нет. Чувствую себя вполне сносно.

"Это пока ты лежишь", - сам себе говорю я.

И для пробы пытаюсь приподнять руку. Да нет. И сейчас все та же тупая боль и больше ничего. Так что это вполне терпимо. Осторожно поднимаюсь с кровати, на которой до этого лежал. Вот теперь боль усилилась, но все равно не так, чтобы заставить меня валяться. Бывало, после дня беспрерывного труда на огороде или даче на следующее утро такое же ощущение, ну или как после похмелья.