Понимая, что гадину надо остановить любой ценой, иначе девчонке конец, я прицелился демону в ноги, но он, сволочь, дематериализовался раньше, чем я выжал спусковую пластину. Я сунул плазмоган в набедренный карман и схватился за пулемет, но чудовище тут же материализовалось снова и нависло в боевой стойке над жертвой. Секунда, и все было бы кончено. Не помня себя от отчаяния, я закричал во все горло:

– Стой, тварь!

И демон замер. Просто замер и все. Как изваяние. Только лептоплазма капала с челюстей. Девушка рухнула в обморок у его ног.

Честно говоря, я сам не знаю, что на меня нашло. Это состояние описать почти невозможно, точнее, описать-то можно, да что толку, если его не почувствовать? Как бы бредово это ни прозвучало, но я ощутил нечто среднее между истерикой и совершенно необузданным ощущением власти.

– Повернись ко мне! – выкрикнул я.

Демон не шевельнулся.

– Повернись, тварь!

Он медленно обернулся и встал мордой ко мне, пошатываясь и шевеля челюстями.

В этот момент дорога озарилась светом фар, и я увидел несущийся на нас транспортер. Один миг, и грузовик, взревев турбинами на реверсе, почти на полном ходу протаранил тушу монстра лобовым обтекателем, раскидав куски плоти по сторонам. Однако на дорогу они не упали – на лету дематериализовались и пропали из виду. А транспортер продолжал нестись на меня. Прыгать в сторону было поздно, поэтому я распластался на гладком карбоне и пропустил днище грузовика в нескольких сантиметрах над собой.

Девчонка пришла в себя, снова завизжала и бросилась против хода движения. Я за ней, а то, не ровён час, попадет под следующий грузовик.

Догнав незнакомку, я схватил ее за руку и поволок в лес. Отбивалась она не слабо, да только при моем преимуществе в весе это создавало мало помех. Краем глаза я заметил, что ошалевший водитель затормозил, высунулся из кабины, но выскочившие из полумрака леса Виктор с Анкой взяли его под прицел пулеметов и приказали спуститься. Дан вскарабкался по трапу, поднял транспортер и отогнал на поляну, чтобы его не было видно с дороги.

– Уберите глайдер! – выкрикнул он в эфир.

Я передал свою пленницу на попечение Анки, которая быстро отрезвила ее наличием пулемета и вместе с шофером отконвоировала в лес. Мы же с Виктором поднатужились и спихнули останки легковушки в кювет. Дорога осталась чистой, на ней теперь ничего не говорило о только что произошедших событиях.

Когда мы подскочили к своим, пленники были прикованы «молекулярками» к стволу тонкого дерева спина к спине. Анка держала их под прицелом. Дан вел переговоры в эфире с какой-то группой дезактивации.

– Я выставил пеленг, – сообщил он им. – Живо сюда.

– Через пять минут, – ответил незнакомый голос в эфире.

Выпить хотелось до одури. Я сел в траву и уперся прикладом пулемета в землю.

– Молодец, – глянул на меня Дан. – Отлично сработал. Подобранный плазмоган – просто находка. С пулеметами мы бы задолбались его валить в физическом пространстве.

– А трудно было кроме них взять лучеметы? – зло спросил я.

– Это была тренировка, – напомнил мне он. – С минимумом снаряжения. Тебя же предупредили.

– Издеваешься? Какая к чертям тренировка? – вспылил я.

– Тренировка и тест. На тактическое мышление. Ты справился.

– Спасибо. А если бы он меня подмял?

– Об опасности службы тебя тоже предупреждали. И присягу ты подписал.

– Вы больные все в своем Институте? – Я разозлился не на шутку. – Это не тренировка, это подстава! Голой задницей ежа давить!

– Это не еж, – спокойно ответил Дан. – С таким демоном уполномоченный исполнитель должен справляться в одиночку. А ты был под прикрытием группы, с лептонным оружием и под командой опытного командира, который уберегал тебя от грубых ошибок.

– В одиночку? – я невольно отвесил челюсть.

– А ты думал полком на демонов ходить? У нас нет столько личного состава, чтобы позволить себе подобную роскошь. А если не можешь, то тебе, как уполномоченному исполнителю, грош цена. У нас жалованье получает тот, кто доживает до дня выплаты. У нас тут не десант, где тебе сопли подтирали на каждом задании.

У меня эмоций на обиду уже не хватило, у меня они все ушли на злость. Мне было плевать на соображения Дана по поводу того, что дело вовсе не в плазмогане, а в том, что мне каким-то непостижимым образом удалось остановить демона одной лишь силой убеждения. Мне вообще на многое стало плевать, а захотелось просто врезать Дану по морде.

– Я тебе сейчас самому сопли утру, – прорычал я, вставая.

– Не стоит, Егор. – Дан не напрягся ни одной мышцей. – Ты еще не прошел рукопашную подготовку.

– Ценю твое чувство юмора. – Я отбросил пулемет и встал в боевую стойку. – Верю, что ты крут, но я винд-трупер.

– Знаю, – вздохнул Дан.

И свет погас. Просто погас и все. А когда его снова включили, на поляне, кроме нас, находилось еще пятеро незнакомых парней. Я лежал в траве, рядом валялись очки. В голове гудело. Я надел очки и осмотрелся. Кроме отогнанного грузовика здесь был припаркован низковысотный турбинный антиграв. Наверное, на нем парни и прибыли. Одеты они были не в плащи, как мы, а в темно-зеленые комбинезоны, вроде аэрокостюмов. Парни отстегнули пленников от дерева, вкололи им что-то из инъекторов, а когда девушка с шофером обмякли, уложили их в траву.