Позже той ночью Эмма проснулась ото сна о магических кругах, ее кожа горела, ноги запутались в простынях. Их поселили в старом поместье Блэкторнов, и Джулиан был далеко за коридорами, которых она не знала так хорошо, как коридоры Института. Она подошла к окну. С садовой дорожкой внизу ее разделял короткий прыжок. Она надела тапочки и выбралась наружу.

Дорожка петляла по садам. Эмма шла по ней, вдыхая прохладный и чистый воздух Идриса, нетронутый смогом. Небо над головой было бриллиантовым от миллионов звезд, абсолютно свободным от загрязнений, и она пожелала, чтобы Джулиан был с ней, чтобы она могла показать ему это; а потом она услышала голоса.

Поместье Блэкторнов сгорело довольно давно, и было восстановлено недалеко от усадьбы Эрондейлов. Эмма бродила по множеству тропинок, пока не наткнулась на стену.

В стену была встроена калитка. Когда Эмма подошла к ней, она услышала приглушенные голоса отчетливее. Она подкралась к калитке и заглянула через решетку.

По другую сторону зеленая лужайка спускалась к усадьбе Эрондейлов – куче белого и рыжеватого камня. Трава под звездным светом искрилась росой и пестрела белыми цветами, которые растут только в Идрисе.

– А это созвездие, вон там, это Кролик. Видишь его уши?
– это был голос Джейса. Они с Клэри сидели на траве, прижавшись плечом к плечу. На нем были джинсы и футболка, а Клэри была в ее ночной рубашке и куртке Джейса, накинутой на плечи. Джейс показывал пальцем на небо.

– Я почти уверена, что созвездия Кролика не бывает, - сказала Клэри. Она не изменилась так же сильно, как Джейс за последние годы — она все еще была миниатюрной, ее рыжие волосы были яркими как Рождество, а ее маленькое личико все еще было веснушчатым и задумчивым. Она положила голову Джейсу на плечо.

– Конечно, есть, - сказал он, и когда звездный свет тронул его светлые локоны, Эмма затрепетала от своей давней влюбленности.
– А вон там, это Колпак. И еще есть Великий Блин.

– Я возвращаюсь обратно в дом, - сказала Клэри.
– Мне обещали урок астрономии.

– Что? Да моряки раньше ориентировались по Великому Блину, - сказал Джейс, а Клэри покачала головой и начала подниматься. Джейс схватил ее за лодыжку, и она рассмеялась и повалилась на него сверху, а затем они поцеловались, Эмма застыла, потому что вот все было вполне обычно, и она могла прервать их разговор дружеским приветствием, но вдруг это стало чем-то другим.

Джейс перекатился по траве и оказался сверху Клэри. Она обвила вокруг него руки, запустив их в его волосы. Его куртка упала с ее плеч, и бретельки ее сорочки скользнули по ее бледным рукам.

Клэри смеялась и произносила его имя, говорила, что им, возможно, следует вернуться внутрь, и Джейс поцеловал ее в шею. Клэри ахнула, и Эмма услышала, как Джейс сказал, - Помнишь поместье Вэйландов? Помнишь тот раз, снаружи?

– Я помню.
– Голос у нее был низким и хриплым.

– Я не думал, что ты можешь быть моей, - сказал Джейс. Он приподнялся над Клэри на локтях, прочерчивая пальцем линию по ее щеке.
– Я был как в аду. Я бы сделал для тебя что угодно. И сейчас сделаю.

Клэри прижала ладонь к его груди, над его сердцем, и сказала, - Я люблю тебя.

Он произвел звук, совсем не свойственный Джейсу, и Эмма удралась прочь от калитки и побежала обратно к дому Блэкторнов.

Она добежала до своего окна и забралась внутрь, задыхаясь. Луна освещала ее комнату, как прожектор. Она скинула тапочки и села на кровать. Ее сердце колотилось в груди.

То, как Джейс смотрел на Клэри, то, как она прикоснулась к его лицу. Она задумалась, будет ли хоть кто-то когда-нибудь так на нее смотреть. Это казалось невозможным. Она не могла представить никого, кого сможет так сильно любить.

Никого, кроме Джулса.

Но это было другое. Не так ли? Она не могла вообразить, чтобы Джулиан лежал на ней, чтобы так целовал ее. Они были другие, они были чем-то иным, верно?

Она легла спиной на кровать, глядя через комнату на дверь. Какая-то часть ее ожидала, что Джулиан войдет через нее, придет к ней, как он часто делал, когда она была несчастна, словно знал обо всем без слов. Но почему бы он подумал, что она несчастна? Сегодня была ее церемония парабай; это должен был быть один из счастливейших дней в ее жизни, кроме, быть может, свадьбы. Вместо этого она чувствовала себя возбужденно и странно и была наполнена страннейшей потребность поплакать, выплакаться.

Джулс, мысленно позвала она, но дверь не открылась, и он не пришел. Вместо этого она свернулась вокруг своей подушки и лежала без сна до рассвета.

Глава 18

И в мерцанье ночи

После темноты наступил свет. Ярко-белый, серебристо-звездный свет, отражающийся на воде и песке. Эмма летела... так близко над поверхностью воды, что могла разглядеть внизу песок и бассейн огня, в котором отражалась луна.