Заодно Денис от нечего делать принялся разглядывать последние фотографии, не все еще видел: вот Харитон в магазине одежды, чем-то возмущается - ценой, наверное. Вот уличная скульптура в полный рост, с саблей в поднятой руке; вот перекошенная физиономия библиаптекаря Эдвоберта - ага, это как раз когда вспышка нечаянно сработала. А вот кукурузное поле, последний снимок…

Денис в изумлении уставился на изображение, часто поморгал, может с глазами чего не так, протер пальцем экран - но картинка не изменилась.

Старина Сэм на изображении отсутствовал. Была соломенная шляпа, висящая в воздухе, глиняная трубочка под ней, клетчатая рубашка и штаны с нагрудником. А человека внутри одежды не было.

–  Прям святой дух и только! Никакой материи, кроме рубашки со штанами, - поразился Денис. Он толкнул Дастина в бок локтем, мол, глянь чего у меня есть. Но кадет на толчок не отреагировал: Денис оторвался от экрана телефона и посмотрел, что творится возле костра.

Крис, Харитон и Дастин сидели неподвижно, отсутствующе глядя куда-то вдаль сквозь продолжающего играть гостя. Никем не поддерживаемый костер прогорел, но и озерного света хватало чтобы увидеть жуткое: пока Денис слушал свою музыку, волосы «эльфа» невероятно удлинились и пролегли по земле белой дорожкой - от музыканта к застывшим путникам. Разделившись на четыре потока, «волосы» опутали голые ноги сидящих и безболезненно (во всяком случае Денис не почувствовал уколов) вонзились в них. Даже одетый Харитон не избежал подобной участи: «волосы» без труда проросли сквозь его брючины.

Впрочем, Дастина «волосы» не тронули. Вернее, ноги кадета были тоже опутаны, но попытавшиеся ужалить его тонкие «волоски» почернели и скрутились на концах будто оплавленные жаром синтетические нити. Кровь кадета оказалась ядовитой для ночного гостя, кто бы он там ни был - эльф-музыкант или вампир.

Или Корневик, о котором говорилось в полицейском сообщении.

Потому что бесцветные «волосы» слишком уж походили на воздушные корешки неведомого растения: быстро растущие, жадно тянущиеся к долгожданной еде. А едой для Корневика, без сомнений, являлась кровь.

Денис попытался шевельнуть ногами и с ужасом понял, что он их не чувствует! Словно отсидел ноги в долгой неудобной позе, ни сесть, ни встать. Ни, тем более, убежать.

–  Дастин!
– завопил Денис чуть ли не в ухо соседу, но тот даже не поморщился. Зато Корневик, не отрываясь от игры на флейте, благожелательно подмигнул - мол, давай-давай, кричи, пытайся сопротивляться. Тем вкуснее будет твоя кровь.

–  Получай, сволочь, - Денис сунул руку в карман пиджака, выдернул оттуда звукострел и, направив его на «эльфа», нажал спусковой крючок. Как действует колдовское оружие, что должно было случиться, парень, конечно, не знал. Но был твердо уверен в одном - что-нибудь, но произойдет!

Денис не ошибся.

Звукострел взвизгнул на высокой, едва слышимой ноте: Корневик, будто получив гигантскую оплеуху, кубарем покатился куда-то прочь, в темноту. Разумеется, волосы-корешки разом порвались, умерли, истекая в местах разрывов мелкой кровяной росой.

–  Харитон, Дастин! Крис! Черт возьми, хоть кто-нибудь очнитесь!
– проорал Денис, сдирая со своих ног белые лохмотья - крепкие, трудно разрываемые корешки выдергивались из тела с болезненными уколами, зато ноги постепенно приобретали чувствительность.

–  Нехорошо, - выходя из темноты, строгим голосом произнес Корневик.
– Твои друзья спят и видят сны. Славные сны! А ты их будишь… - Денис вновь надавил на спусковой крючок звукострела, но, увы, безрезультатно - колдовское оружие иссякло, отработав вложенное в него заклятье. Парень швырнул бесполезную трубку в вампира, но промахнулся. Плюнул в него, но не достал.

Корневик, убедившись в своей безопасности, продолжил с ехидной усмешкой:

–  Поверь, никакими криками или ударами их не вернуть в реальность. Разве что ты, ха-ха, вызовешь на небо солнце, чтобы оно ярким светом достучалось до их разума… да куда тебе, глупцу! В магии ты разбираешься отвратно: применять ударное заклинание против человека-растения не только глупо, но и чревато большими неприятностями.

–  Какими?
– лихорадочно соображая что же теперь делать, спросил Денис.

–  Я выпью тебя последним, - пообещал Корневик, садясь на прежнее место и расправляя быстро отрастающие волосы-корни.
– А при этом буду ломать тебе пальцы один за другим. После выткну мизинцем глаза. Затем не торопясь оторву уши или что иное - о, я изобретателен!

Денис не ответил: нащупав в кармане телефон он включил фотоаппарат - в тишине раздался комариный писк заряжающейся фотовспышки.

–  Что?
– насторожился Корневик.
– Опять собираешься колдовать звуком? Ну-ну, умелец.
– Его губы растянулись до скул, обезобразив жуткой ухмылкой классический эльфийский облик. Наверняка созданный искусственно, для завоевания доверия потенциальных жертв.

Денис вынул телефон из кармана и полыхнул солнечно-яркой вспышкой в глаза Дастину.

Кадет, очнувшись от гипнотического сна, вздрогнул, недоумевающее посмотрел на Дениса - радужки его глаз блеснули в озерном полумраке как у хищного зверя - перевел вовсе не ослепленный взгляд на широко улыбающегося "эльфа".

–  Дастин, это Корневик!
– пропуская ненужные подробности зачастил Денис, не до объяснений было.
– Усыпил всех музыкой, а теперь жрет нас заживо, у него волосы - корни-кровососы.