Лэр-в Тинек был дежурным владетелем более десятка земель и в его обязанности входило управлять, судить при необходимости, но когда лэры, лэр-вы, приезжали в отпуск, то подключались к домашней деятельности. Это не было необходимым, но являлось хорошим тоном, снимать часть хлопот с временного главы, ведь каждому предстояло впоследствии на десять лет возглавлять маленькое сообщество соседей. Законы, правила, традиции, регламент, всё действовало, предписывало, указывало, но владетельный догляд, пусть дежурного лэр-ва, всё-таки требовался за народом, пока все служили в крепостях.

Дару с рассвета переделывал для лэры Гаруни повозку. Особую сложность представляли её крылья. Ей должно было удобно сидеть и вставать, а при необходимости взлететь и в то же время она не любит прямых лучей Вариетаса, да и если дождь...

– Лэра Гаруня, крышу я придумаю, как сделать потом, сейчас не успел, - оправдывался Дару, спешно натягивая свой нарядный сюртук, сдавая работу.
– Лошадку подобрал спокойную, её предки из водяных коньков, так что она нераздражительна и надёжна. Митко, - молоденькому кучеру, на всякий случай был дан подзатыльник, - сядет управлять ею. Всё чин по чину.

Гаргулья в синем беретике с помпоном, обмотанная лёгким шарфиком в тон берету, в юбочке, в гетрах в бело-синюю полоску, шлёпках и украшенная чередой маленьких золотых колечек в ушах, смотрелась необыкновенно, но когда ей девчонки притащили голубой зонтик с рюшечками, который пока ещё не доделали, и он не умел складываться, то вид у неё стал фееричным. Глаз от лэры Гаруни никто не мог оторвать. Все, кто был в состоянии из живущих возле особняка, срочно седлали животных и спешили в место сбора всех жителей, чтобы не пропустить явление ДАМЫ, так себя иногда называла гаргулья.

Капитан выругавшись и обозвав происходящее дурдомом, не выдержал и побежал за своим ящером, столкнувшись с так же спешащим лэр-вом Тинеком. Только чете Фероксов всё было фиолетово. У них ожил свой единоличный мир, где небо в алмазах, бабочки табунами, искры с дрожью, и прочая дребедень на уме.

Настроение у Гаруни бродило, от слова забродить, и даже она не знала, выльется это в прекрасный праздник для всех с пузыриками восторга или наоборот, все компоненты хорошего дня перемешаются неправильно и тогда своим раздражением, она словно пеной накроет всех.

Митко изображал лихого парня и нёсся по дороге с гиканьем, с щелчками хлыста. У гаргульи был выбор, либо отсчитывать каждую кочку в своём эксклюзивном транспорте, либо положив зонтик в ноги, вцепиться в сидение и воспринять кошмар единым махом, как неизбежное. Лишь бы сидение не развалилось стучась об её каменный зад. Выбрав второй вариант и успокаивая себя тем, что вся кавалькада любопытных понесшихся за ней следом, дышит пылью из-под колес её драндулета, она лелеяла явление себя народу. Слишком сладок был тот миг, когда люди замирают от восторга пялясь на неё, теряют дар речи и забывают дышать. Улыбка расползалась по её лицу, а глаза сверкали довольством, поярче некоторых звёзд.

Алеш державшийся вблизи своей подопечной, тоже не сдержался от улыбки. У Гаруни очень выразительная мордочка и сразу видно, что она считает себя, как минимум царицей мира. Её непоколебимая уверенность в своей неотразимости подкупала и умиляла. Она сверкала эмоциями не стесняясь их, принимала помощь не думая о том, что над ней будут смеяться как над слабачкой. Она необыкновенна в каждой мелочи, в каждом жесте, слове, поступке и из-за неё поначалу всё путается в голове, а потом оказывается, что мир может быть значительно шире, сложнее, многообразнее, с ямками, с тайничками, с обманками, с сюрпризами...

Между тем Алеш, гордо восседая на огнеяре, въехал в селение. Если бы численность постоянных жителей достигла бы тысячи, то село получило бы статус города. Здесь были отстроены целых два госучреждения, была своя аптека, торгующая амулетами, снадобьями, ингредиентами и вполне квалифицированно выполняющая на заказ снадобья, несколько магазинов и рынок. Всё что необходимо для любого города, но перевалив численность населения за девятьсот, никак не могли подобраться к тысяче. Потихоньку рассказывал Алеш, когда они ехали по улочкам села.

Гаргулья замотала головой и возразила, мол народу много!

– Ну, во-первых, сюда съехались на ярмарочные дни и посмотреть на суд, во-вторых, так кажется из-за женщин с детьми, - пояснил Алеш и видя, что гаргулья не совсем понимает, дополнил, - население считается по мужским головам.

Гаруня столь явственно заскрипела мозгами, что лэр-в привёл пример.

– Крестьяне и ремесленники, считаются по мужской голове с шестнадцати лет, магов учитывают с десяти лет мальчиков и девочек. Торговая прослойка идёт как ремесленники, и у них, кстати есть выбор. Они могут откупить от военной службы сыновей, рожденных без дара. В чиновничьей семье, если мальчики получают образование и могут занимать должность, то они очень ценны, но это редкость. А девочки либо дар и их обучают, либо как крестьянки, отбывают повинность, потом создают семью.