Но меня гнали. Куда? Мне было не до рассуждений. Я бежал согласно воле гонящих.

Это был их мир, и они знали его гораздо лучше меня.

Пару раз меня роняли (если можно так выразиться). Но обошлось: немного надкусили в области почки и трицепса, да еще какой-то козёл (а может и козлиха) попытался меня скальпировать. Однако сорвал только бровь и выкусил часть уха, а именно tragus*. (Склоняюсь к мысли, что все-таки козёл.)

Израсходовав последние ресурсы своего изрядно подпорченного квадрицепса*, я запрыгнул (sic!) на одиноко стоящую секцию трехметрового бетонного забора. Оттерев кровь с лица, и кое-как прилепив обратно кусок брови (надорвал часть рубашки) я глянул вниз.

Как ни странно, но увиденная картина не заставила моё сердце биться сильнее, а кровь течь интенсивнее. Получилось ровно наоборот – мой организм отчасти УСПОКОИЛСЯ. Я стал хладнокровно оценивать ситуацию.

Стая сидела и ждала.

Капельки крови предательски капали вниз.

Животные «тянули» носами, регулярно судорожно зевали, хвосты возбужденно ворошили бетонную крошку… Было слышно, как некоторые из них нервически переступали передними лапами…

Ждали-с…

Часть третья.

Чем больше узнаю собак, тем больше узнаю людей.

Пародия на известную фразу, кою приписывают аж пяти не менее известным людям*.

Эпиграф

Хочешь выйти? Сначала зайди.

Первый критик Данте Алигьери

Человек так прыгать не может; до ближайшей секции забора было метров четыре навскидку, а вот дальше явственно виднелся выход по зданиям наружу.

Из носа пошла кровь, в ушах зашумело, сказалось нервное напряжение. Организм находился на стадии издыхания.

И тут случилось нечто, что заставило меня совершить невообразимое. В силу непонятных физических законов, забор (выглядевший монументальным) начал печально, но неуклонно крениться.

Тут мой мозг выдал одну информацию, а тело поступило по-своему: рассудок четко просчитал количество оставшегося времени до падения бетонного сооружения, а тельце сообразило по-другому и не очень приятно.

Все случилось в долю секунды.

И-раз! От меня резко и неприятно запахло (сфинктеры не выдержали столь бешеной нагрузки, проще говоря, я обделался с двух сторон).

И-два! Практически одновременно я хрустнул всеми суставчиками, скрипнул надлежащими сухожильяцими, напряг все что можно и не можно и… упал вниз.

Собаки швырнулись на меня слаженно и на миг притормозили.

И-три! В эту же несчастную долю секунду человеческий мозг не подвел. Слава обосранным! За тот краткий миг, пока зловредные хищники обдумывали над качественным изменением запаха рухнувшей вниз добычи, я успел кое-что вспомнить и предпринять некие действия по ликвидации угрозы умерщвления себя любимого.

Посередке бетонных блоков лежал поддон. Когда-то здесь был люк, потом люк утащили, а зиявшую дыру я сам же этим поддоном и закрывал в крайнюю свою экспедицию.

Вот в эту нору я и рухнул, подпрыгнув на пятой точке и ею же проломив гнилой поддон. Приземлился мягко, но не очень удачно – стекловата – плохой заменитель гимнастическим матам.

Сверху страшно ругались собаки; как не крути, а неким образом я обманул их ожидания (уж не знаю, чего они ждали).

Не рассуждая, я на четвереньках быстро пополз куда-то и пребольно шмякнулся о бетонную стену.

Минут десять тихо ощупывал себя на предмет членовредительств. Вроде кости целы, а остальное ерунда! Окончательно освоившись, я осмотрелся.

И… чуть не обделался во второй раз!

Ну надо ж так попасть!

Натуральный скелет, бляха муха!

Часть четвертая.

Оставь записку всяк сюда входящий.

Неизвестный автор перед входом в известную пещеру.

Да! Не муляж, а самый что ни на есть скелет. И был он, сука така, одет в преочень странную форму.

Первым бросилась в глаза пилотка. Ага! Насколько я знаю – пилотка полевая СС.

От-те раз! Чего ж он тут делает-то? Китель – «мышиный», времен той же войны, кажется. А вот на кителе совсем уж непонятное – орденские колодки без, собственно, каких-либо орденов. Вроде нашенские-то, колодки.