Здесь никогда не бывало безлюдно, но сейчас под дождем кафе выглядело сиротливо, – мокрые ступени, деревянные столы, разбросанные и перевернутые стулья.

На другой стороне аллеи в тени огромных тополей прятался от любопытных глаз сам ресторан. Он был такой же черно-желтый и полосатый, но нерассчитанный на широкую аудиторию. Тут отдыхала совсем другая публика, предпочитающая передвигаться на «лексусах» и «мерседесах», а не пешком или на велосипедах.

Набережная, растянувшись на пару километров от стелы, возведенной к очередной годовщине победы и до городского музея, изгибалась вслед за берегом Волги. За разноцветным щербатым забором, уныло мокла желтая карусель, детский городок с крутыми горками и пара качелей с облупившейся краской.

Раньше все было не так. Не было этого ощущения жуткой запущенности и заброшенности. По аллее на роликовых коньках носились подростки, чинно передвигались мамаши с колясками. Играла музыка, дети орали и скакали в надувном замке или просто бегали вокруг скамеек.

Она вспомнила, как сидела в кафе «Марселя» с бокалом «Радлера». Ни о чем не думая, отрешившись от тревог, просто смотря на важно прохаживающихся вдоль бордюров голубей, на блестящую гладь реки в просветах между стволов могучих деревьев.

Когда же это было?

Пару дней назад?

Когда она в прошлый раз гуляла здесь с Максимом?

О боже! Макс!

Она покачнулась, теряя равновесие. В голове словно щелкнул невидимый тумблер и цвета стали насыщенней. Всё вокруг обрело запредельную пронзительность и четкость. Катя, наконец, заметила предмет, который до этого момента старательно игнорировала, знание, о существовании которого, она прятала от самой себя, схоронив его на илистом дне немого темноводья души.

Грузовой фургон «Скания» с изображением улыбающейся божьей коровки на кузове.

Именно его она боялась увидеть если поднимет глаза.

Он стоял, врезавшись в двухсторонний рекламный щит. От торчащего наружу еще теплого двигателя шел едва заметный пар. Металлическая опора билборда при ударе выгнулась, и стальной лист с рекламным плакатом вывалился из рамы на газон.

Судя по логотипу на кузове фургон принадлежал сети супермаркетов «Дружба». Ближайший из подобных магазинов находился в паре кварталов отсюда. Должно быть, именно туда и спешил водитель «Скании» в тот момент, когда…

… черная радиаторная решетка с профилем грифона на эмблеме заслонила от нее яркое полуденное солнце, его глаз повернут в ее сторону и смотрит на нее без малейшего сожаления. Ничего личного, словно говорит он ей, ты просто не в том месте и не в то время…

… он не справился с управлением и врезался в опору рекламного щита, стоявшего на обочине дороги.

Она почувствовала дрожь в коленках и испугалась накатившей на нее волне слабости.

С выпавшего на землю рекламного щита на нее смотрел немолодой человек с эспаньолкой и тонкими губами неврастеничной барышни. Она смогла прочесть часть рекламного объявления.

…доктор Гаврилов решит все ваши проблемы… и … позвонить по номеру 21-28-37…

Катя подошла к фургону.

Дверца со стороны водителя была распахнута. Лобовое стекло, вылетев, лежало на траве перед автомобилем и дождь, барабаня по широкой передней панели, беспрепятственно заливал салон. Светился голубой монохромный дисплей акустической системы. Радиоприемник «Скании» продолжал работать даже после аварии. Из динамиков доносился белый шум пустого эфира и далекие потрескивания.

В замке зажигания торчали ключи с брелоком в виде человечка с огромным фаллосом. Раскачиваясь из стороны в сторону, человечек танцевал похабный и грязный танец.

Может быть, кто-то невидимый раскачивает его, забавляясь и изучая реакцию Екатерины? Может, дух мертвого шофера?

Где же ты? Максим?

Она огляделась и заметила совсем не далеко, лишь через узенькую пешеходную дорожку,..

… Это все не правда. Этого не может быть…

… от того места где она сейчас находилась, лежащий на боку велосипед сына.

Он был куплен Максиму на прошлый день рождения. Красный NOVATRECK с рифлёными шинами, и странной, непонятного назначения пружиной под сиденьем.

Все прошлое лето он ездил на нем со вспомогательными колесами, которые невзлюбил сразу. Он не один раз упрашивал ее снять их.

– Я не маленький, ма! – говорил он ей. – Я уже хожу в школу! Мне не нужны эти колесики для детсадовцев!

Соседские мальчишки, с которыми дружил Максим, были на год или два старше ее сына, и она понимала, – он всячески старается доказать, что ни в чем им не уступает. Хотя, на ее взгляд, это показывало, лишь то какой он на самом деле еще ребенок.