– Всё, дорога пустая, вечер, немцы к ночёвке готовятся, - сказал я, немного отползая назад. Сложно маскироваться если у всех нас верх полосатый из-за тельняшек. Осмотрев команду, что устроились внизу овражка, со склона которого я и наблюдал за немцами, добавил. – По ночам они не ездят, что позволит нам взять пост на перекрёстке.

– Тихо не получится, а село рядом, - сказал опытный дед.

– Учтено деда, учтено. Я открою огонь из немецкого карабина, что у нас имеется. Немцы опытные вояки, его звук знают и не обеспокоятся, в отличие от наших винтовок. Расстояние большое, но я в себе уверен, не промахнусь. Юра, Игорь и Егор, готовитесь стартовать. Поднимитесь выше. Как только я выстрелю во второй раз, со всех ног бегите к посту. Третьим выстрелом я постараюсь ранить жандарма. Ваша задача, подбежав, скрутить и связать подранка. Нам нужен язык. Это будет старший поста, тот невысокий. Звания не разгляжу, но именно его приказы выполняют двое других. В плечо ему пулю отправлю. Патронов к карабину у нас по воле случая как раз три, но потом я вас с «СВТ» подстрахую на всякий случай. Всем всё ясно?

– А может, мы просто пойдём по дороге к ним и когда подойдем, ты начнёшь стрелять? – почесав щёку, предложил Юра.
– Так у нас будет больше времени. Мы же подростки, они на нас не обратят внимания. А я сниму тельняшку, а то все трое полосатые.

– Чёрт, так просто, - покачал я головой, и почему мне это в голову не пришло.
– Отличная идея. Готовьтесь и выходите. Верёвку только приготовьте, вязать.

– Хорошо.

Мы разделились, парни ушли дальше ближе к дороге и, выбравшись на нее, направились к посту. Точнее делая вид, что они мимо идут. Как и ожидалось, те хоть и привлекли внимание немцев, но не заинтересовали. Мы тоже двинули чуть ближе, сократив расстояние до поста на пятьдесят метров. Так что когда парни прошли мимо поста, немцы их не остановили и даже не окликнули, устроившись у костра, я выстрелил. Первая пуля вошла командиру в плечо, остальные только вскакивали, как я выбил стрелянную гильзу и произвёл второй выстрел по второй цели. Высокий и худой немец с закатанными рукавами френча упал, схватившись за грудь. Наши парни лежали в пыли на дороге, как я им и велел, чтобы под случайную пулю не попасть. Третий немец метнулся к мотоциклу, где стоял пулемёт, и даже успел дотронуться до него, когда я, матерясь, выбив вторую гильзу, выстрелил. Нужно было успеть до того как он завладеет пулемётом, из этой косилки он может меня достать. Пуля попала в голову. Даже с такого расстояния было видно кровавое облачко брызг. После третьего выстрела, Юра с парнями подскочив, стали крутить старшего поста, тот уже шевелился, отходя от шока после ранения. А мы, подхватив вещи, побежали к посту. Я налегке бежал рядом с моим носильщиком, Ромкой. Тот нёс винтовку в руках, чтобы в случае нужды быстро мне её передать.

Мы с дедом бежали в конце группы, мне дыхалки не хватало, а у него возраст давал знать. Ромка, приотстал, чтобы быть с нами, а Олежек вырвался вперёд. Он же добежав первым, почти сразу согнулся в приступе рвоты, увидел безголового немца. Почти сразу Егор отвёл его в сторону, успокаивая, он и сам был бледен. Командира, а он оказался унтером, они всё же связали, обезоружив. Тот уже почти достал пистолет, когда они на него навалились, трое подростков, хоть и с трудом, но справились с раненым взрослым мужчиной.

Присев у мотоцикла, стараясь отдышатся, я открыл канистру в держателе на боку мотоцикла и учуял запах бензина. Топливо есть, это хорошо. Заметив на сиденье в коляске термос литров на пять, открыл и обнаружил воду. Пол термоса было. После этого я стразу стал командовать:

– Юра, Игорь, снимите с этого безголового всё ценное, обувь не забудьте, хватайте за ноги и утащите подальше. Второго так же. Всё забирать, это значит всё. Документы тоже. Деда, тут в термосе вода, вот пилотка немецкая, протри мотоцикл, а то он весь в брызгах. Ром, что там с ужином?

Немцы сняли котелок с огня, доставая посуду и ложки, так что завалил я их вовремя.

– Три котелка немецких, для второго и первого, внутри кружки, - с лёгкой завистью к посуде описал тот приборы. – В котелке гороховый суп, готов. Тут ещё на скатерти лежит свежий хлеб, сало нарезано, лук есть, чеснок и печенье. Наверное для чая…. А вон и чайник стоит, только он холодный. Кажется, не успели вскипятить.

– Хорошо, готовь всё, посуду не марай, из котелка поедим быстро и поедем на мотоцикле. Всё в него грузите. Багажный отсек и под ноги в коляску.

– А уместимся? – уточнил Юра, возвращаясь с напарником от перетаскивания первого тела. Они его в траве спрятали.

– Уедем, - обнадёжил я.

Сам я, прихватив планшет, снятый с унтера и внимательно ознакомившись с картой, особенно с метками, подошёл ближе. Его за мотоцикл утащили, чтобы Олег у костра его не видел. Там я, пнув немца в плечо, отчего тот взвыл и попытался ударить ногами, после недолгой предварительной работы повёл допрос. Немец сломался быстро, потыкал веточкой в рану и тот поплыл. Немецким языком я свободно владел, всю зиму учил и весну, да и летом почитывал немецкие книги, а в районе Ростова на Дону, где радиостанция доставала, слушал переговоры немцев. В основном Люфтваффе. Так что бегло говорил, подтянул разговорный навык. Первый же вопрос по реке и шлюзам расставил всё по своим местам.

Реку немцы контролировали плохо, а до первых шлюзов просто не дошли, слишком далеко, хотя и маханули за сто километров от нашего теперешнего местоположения. Заодно я развеял своё недоумение. Харьковской катастрофы тут не было, была другая. Ну не умеют наши ещё готовиться к наступлению, соблюдая все режимы секретности. Немцы узнали о подготовке чуть ли не ранее советских войск, что должны были наступать, вот и подготовились, ударив навстречу, когда наши утратили наступательный порыв, увязнув в плотной эшелонированной обороне. Они снова рвутся к Сталинграду. Но уже вдоль Дона в сторону города. Кстати, до Волги не так и далеко им осталось.

Добить немца мне не дали, когда я, подняв лежавший в куче оружия ремень с подсумками, извлёк штык-нож к немецкому карабину, дед забрал его, отстранив меня, и сам прирезал немца. Спокойно и легко, как дома бывало животину резал. А Юра с Игорем утащили его. При этом то, что неподалёку оплывают кровью тела трёх мужчин, никого не озаботило, когда мы сели за стол, сметая с него всё что было. Ложки так и стучали по котелку. Дальше всё забрали, часть внутрь мотоцикла, часть на себя, я пистолет унтера забрал, подвесил на боку тяжёлую кобуру с «Парабеллумом» и, устроившись на нём, этакой группой полосатых пчёл, я уже запустил движок, покатили в сторону Ростова прямо по дороге. Больше постов до города не будет, я это точно уточнил, разве что на въезде. Но там комендантские стоят. Уже начало темнеть, можно ехать, хоть и с опаской.