– Батя, будем рядиться? Иль вспомним откуда взялось твое серебро?

– Ты не закипай, молодь,- одернул сына отец.- Лучше скажи, куда мог такую прорву серебра задевать? У тебя же его больше десяти тысяч было. Мы с гораздо меньшим смогли поднять Карповку.

– Согласен. Только тут ты два года поднимался, и только в этот год в полную силу заработаешь. Мне же раскачиваться некогда. Сожрут, оглянуться не успею. А это дорогого стоит. Опять же, руда от шведов да от псковичей пойдет уже в этом году, и только за нее выложить нужно будет изрядно. А выделка металла, с первой прибылью, хорошо как к весне случатся.

– Н-да-а. Удумал же,- помяв подбородок, задумчиво произнес Архип.- Хм. И главное, все одно к одному.

– Ты о чем, батя?

– Да, тут вишь какое дело. Есть в Туле один оружейник, Антуфьев Никита Демидович. Вот сватает нашу Глашку за своего старшенького, Акинфия. А за ней нужно приданое дать. Да не абы какое. Никита с челобитной к царю обращался, чтобы тот позволил ему построить завод на Урале.

– И?

Иван даже напрягся. Вот помнилось ему, что знаменитый род Демидовых, поначалу вроде как и не Демидовыми были. А еще, то что старшего сына родоначальника и добившегося наиболее значимых результатов, звали Акинфием. Неужели это они и есть? Если да, то-о…

– Так я и хочу, под это дело подвести и приданое, и своим серебром вложиться,- начал пояснять отец.- По твоим словам, края те богатые. Каждая вложенная копейка, червонцем обернется. Тут ведь только пальчик всунуть, а там, где первый завод, там и второй. Государь заводчикам благоволит. Эвон, ты вроде и в бегах, а на твою землю никто руку не бросает.

– Ну, по мне-то как раз все ясно. Следствие не окончено, суда не было, а потому и вина моя пока не доказана. А коль скоро так, то и имущество мое отбирать государь пока не может. Если конечно пожелает придерживаться буквы закона. А как решит проявить волю самодержца, так тут уж не видать мне моих земель.

– Вот еще и это, Ваня. Никита чего за гоношился-то. Указ Николай издал. Мол заводчики, какие свою пользу и состоятельность доказали, могут выкупать землю в собственность, и владеть ею пока заводы работают. Мне такое дозволение дадено.

– И ты хочешь выкупить мои земли?

– Пока та землица за тобой, так все нормально. А как государь повелит отобрать, так ить ктож знает, кого там посадят. А это кус серьезный.

– Я тебя понял батя. Значит, тебе средства потребны и на приданое, и на покупку земли у казны, а тут еще и я под бочок закатился.

– И на то, чтобы Никите ссудить под его завод на Урале,- напомнил отец.

– Хм. Ну дело-то хорошее. Я так понимаю, что заем сделаешь по родственному, под дою малую?

– Нуда. Всего-то под двадцатую часть.

– Не жадничай батя. Коли по родственному, то делай под сотую. Но на все заводы, что будут поставлены Никитой и Акинфием.

– Не продешевим? Они ить и по миру могут пойти.

– Даже не сомневайся, батя.

– Ладно. Быть по сему. Вот только серебра-то ем потребно много. Ему ить еще и крепостных выкупать. Это мне хорошо, вольные потянулись на отхожие промыслы, да и остались. А ктож к нему в ту глухомань-то подастся?

– И сколько при таком раскладе ты можешь выделить мне?

– Двадцать тысяч. Это все, что могу. Все расширения, что на этот год были запланированы, псу под хвост. И покупка земли, в то же место. К концу осени еще накопится, но никак не раньше.

– Двадцать тысяч, значит. Хм. Ну что же, конечно это чуть меньше, чем я рассчитывал, но ничего. Если впритык, то уж как-нибудь разрулим. А за землю не переживай. До моего клина никто не подберется. Коль скоро Николай не тронул раньше, не тронет и теперь. Ну и другие потом выкупишь. Никуда та земля от тебя не денется. Да даже если у меня и отберут ту землицу, все одно ты будешь первым, кому предложат.

– Оно конечно неплохо, коли так-то. Но ить выкупать от тебя, и из казны, это две большие разницы.

– Это да. Так-то, бесплатно отойдет, а эдак, придется казну посеребрить. Но ты на этот счет не переживай. Не будет тут урона,- произнес Иван.

Причем он был настолько убедителен, что отец сразу же ему поверил. Вот не было причин ему не верить. А все началось с той клятой сосульки. Как приголубила сына так того словно подменили И ведь ни разу еще не ошибся.

– Ну что, батя, готовься в путь дорожку.

– А как же Глашка?- Растерялся от такого напора отец.

– Ну не беда, оженят без тебя. Благослови и в путь.

– В путь? Ага. Вот так значит все просто?

– А чего усложнять,- пожав плечами, произнес Иван.

– Ты когда женишься, бестолочь,- вдруг ни с того ни с сего выдал Архип.

– Батя, опять?- Закатив взор, едва не простонал Карпов.

– Я те дам опять. Раньше Ирина мешала, а теперь-то что!?- Отпуская подзатыльник, едва не выкрикнул отец.

Больно же! Йолки! Иван подхватился, и с самым решительным образом, рванул к распахнутому окну. Что-то батю в этот раз, развезло по особенному. И ведь, теперь-то он его не воспринимает как постороннего. Близка ему стала вся семья, и ничего-то с этим не поделать. А раз так, то самая лучшая оборона это не мордобой, а бегство.