— Этого я вам сказать не могу! — твёрдо ответила Марта. — Скажу только, что к преступлениям этого человека я никакого отношения не имею.

Марту отвели в камеру пыток. Увидев раскалённые до красна щипцы, она чуть было не потеряла сознание. Положение казалось ей безнадёжным. Она уже не думала ни о богатстве, ни о положении в обществе, ни о проходимце, которому она доверяла и который так её оклеветал, что теперь ей, возможно, за его преступления придётся расплачиваться собственной жизнью. Думая об этом, Марта готова была заплатить какие угодно деньги, лишь бы только выбраться отсюда живой и подальше уехать из этого города…

В этот момент она почувствовала знакомый металлический холодок на большом пальце зажатой в кулак левой руки…

— Последний раз спрашиваю: будешь ты отвечать, или нам применить особые меры дознания? — спросил Марту следователь, подавая знак палачу.

— Я буду отвечать! — поспешно сказала Марта, с опаской поглядывая на палача. — Только принесите мне стакан воды, пожалуйста. У меня в горле от волнения всё пересохло…

Следователь протянул Марте стакан воды и положил перед собой чистый лист бумаги, приготовившись записывать её показания. Взяв в руки стакан, Марта бросила в него золотой напёрсток, который тут же с тихим плеском опустился на дно. В свете красного пламени, исходящего от углей жаровни, он казался не золотым, а медным. Едва только напёрсток коснулся дна, как вся комната, следователь, палач, щипцы и жаровня с углями завертелись у Марты перед глазами, сливаясь в одну тёмно-коричневую пелену.

Когда пелена рассеялась, Марта увидела себя сидящей в кресле возле камина в небольшой и уютной гостиной. В комнате было тепло и тихо. За окном шёл снег. А возле окна стояла нарядная рождественская ёлка, сверкающая серебряной фольгой и разноцветными стеклянными шарами, отражающими свет зажжённых свечей.

«Какое странное совпадение…» — подумала Марта, оглядываясь по сторонам: в этой комнате было много вещей, похожих на те, что находились в её прежнем доме. Стены комнаты были обиты таким же сиреневым штофом, а изящная резная мебель, обтянутая серебристым шёлком, почти ничем не отличалась от той, что была у неё дома.

На противоположной стене висел портрет молодой элегантной женщины в синем шёлковом платье.

«У меня было в точности такое же платье… И эта девушка на портрете тоже очень похожа на меня…» Марта оглянулась на висевшее над мозаичной столешницей зеркало и увидела на подзеркальнике чёрную лакированную шкатулку, инкрустированную перламутром, как две капли воды похожую на ту, что осталась у неё дома.

«И рисунок такой же… — подумала Марта, рассматривая шкатулку, — и такая же царапина на крышке…» Внезапно шкатулка открылась, и из неё выпал серебряный медальон с эмалевым портретом, на котором была изображена та же элегантная дама, как две капли воды похожая на Марту.

— Ничего не понимаю… — сказала Марта и случайно открыла медальон. В глубине его она увидела портрет поразительно красивого молодого мужчины с обаятельной улыбкой и открытым, приветливым взглядом широко расставленных глаз, смотревших пытливо и настороженно.

«Странно всё это… Не знаю даже, как объяснить…» — подумала Марта.

— А тут и объяснять нечего, — услышала она рядом с собой знакомый голос, — одни чудеса заканчиваются, другие начинаются. Только и всего…

Марта оглянулась и увидела почтенную пожилую даму в сером шёлковом платье с кружевным воротником и серебристой мантильей на седых волосах.

— Ты узнаёшь меня, Марта?

— Не могу поверить! — глядя на неё, сказала Марта. — Вы мне подарили эти напёрстки?!..

— И слышать о них больше не хочу! Простить себе не могу, что из-за них тебе пришлось пережить столько страданий. Надеюсь, что мой рождественский подарок сделает тебя по-настоящему счастливой…

— О каком подарке вы говорите? — спросила Марта.

Пожилая дама улыбнулась и распахнула дверь в соседнюю комнату, приглашая Марту войти.

Это была небольшая, но уютно обставленная детская комната. На полу, покрытом пушистым и мягким ковром, сидел розовощёкий пятилетний малыш и складывал из кубиков пирамидку.

— Мама! Бабушка! — закричал он, обернувшись к Марте и её пожилой спутнице. — Вы уже приехали! Как хорошо! Мы с папой так ждали вас! Так волновались! Мы так соскучились!..

Малыш ухватился за юбку Марты, а когда она наклонилась, чтобы его поцеловать, забрался к ней на руки и крепко обнял за шею.

— Мама! — сказал он, прижимаясь к её щеке. — Я так скучал по тебе, так тебя ждал!..

Дверь в детскую комнату отворилась и на пороге появился элегантный молодой человек, лицо которого уже было знакомо ей по медальону.

Вежливо поздоровавшись с пожилой дамой, молодой человек подошёл к Марте и поцеловал её в щёку.

— Я так счастлив видеть тебя, дорогая! — сказал он, беря Марту за руку. — Как хорошо, что ты успела вернуться домой к Рождеству!.. Как здоровье твоей племянницы?

— А у меня ещё и племянница есть? — растерянно обратилась Марта к своей давней знакомой.

Старушка о чём-то задумалась, потом улыбнулась и стала тихо отступать в глубину комнаты, исчезая в искрящемся тумане.

— … Теперь у тебя будет всё, о чём ты могла раньше только мечтать… — сказала она откуда-то издалека…