Потеря потери
вернуться

Миркина Зинаида А.
Шрифт:

«Ликованье! Ликованье…»

Ликованье! ЛикованьеГолосов весенних –Это внугреннее знанье,Внугреннее зренье.Это – воздыманье валаЧерез все пределы.Жизнь сама себя позналаИ – взахлеб запела.

«Когда у сердца нет границ…»

Когда у сердца нет границ,Все знание лучей и птиц,Все знание ручьев и травВливается в его состав.И сердце вещее тогда,Как будто вешняя вода,Как тающее естество,Звенит про Бога своего.

«Не спрашивайте – есть ли в мире Бог?..»

Не спрашивайте – есть ли в мире Бог?А только: есть ли я? Я – промельк, пена?Или мой жар сердечный мир прожегИ светом стал без тени и без тлена?Кого спросить мне? Кто мне даст ответо нас самих? И чья это забота?Если меня на самом деле нет,Что мне с того, что существует кто-тодругой… чужой… Он безразличен мне,Как я ему… Но если в глубинемоей живет незыблемое «Я»,то пусть ответит глубина моя…

«Не нужен общий замысел? Ну, да…»

Кушнеру

Не нужен общий замысел? Ну, да,Я тоже так считаю… Он не вправебыть, тот, кто от участья, от трудасовместного с Собою нас избавит.Кто действует за нас, помимо нас;Тот, для кого мы – винтики и числа…Но если Он есть тайна наших глаз,Невычисленность мирового смысла,Который исчисляется, покатрепещет и пульсирует под кожей,И без единственного волоска,без тени этой обойтись не может?..

«Остановись… И ты тогда заметишь…»

Остановись… И ты тогда заметишь,как легкий лист задумчиво повисна тонком черенке. Июльский ветерчуть-чуть качнул его… Остановись…Замри вот здесь… Ведь началась сначаласейчас, с минуты этой жизнь твоя.Есть лес и небо. Ничего не стало.Есть только лес и облако… А я?Не знаю, где я, но и знать не надо –Все долгое свечение зари,весь этот лес теперь не просто рядом,я словно вижу это изнутри.Вон из того мелькнувшего просвета,Из глубины, из сердца бытия –Все то, что просквозило между веток,И вздрагивает в каплях – это я…

«А я и есть сосна. Сосна есть я…»

А я и есть сосна. Сосна есть я.Я это не однажды говорила.Не мной душа кончается моя,И не во мне моя таится сила.И эта тайна до того проста,что, кажется, ее и вовсе нету,А есть лишь трепет легкого листа,Да шум сосны, да переливы света.И все. А Бог? А что такое Бог?Да просто Тот, Кто разомкнул границы,Кто уместиться сам в себе не смог,Тот, Кто ни в ком не может уместиться.Кто обладает миллионом глаз,мильёном рук, планет и звезд и все жеНе может жить без каждого из нас,Без нас с тобою обойтись не может.И есть такой неведомый закон, –небесный счет несчитанных усилий:Мы умираем, чтоб не умер Он.А Он бессмертен, чтобы все мы жили.

«Как точен счет, как вывод строг…»

Как точен счет, как вывод строгнеумолимого закона:Нужна не часть, а целый Бог,чтоб дуб один расправил крону.Чтоб до лилово-сизых тучвершина темная достала,чтоб стал он, словно Зевс, могуч,нужна не часть. Туг части мало,Не часть, а всё. Бог нужен весь,Чтоб взмыла ввысь одна лишь птица.В единый миг сейчас и здесьДолжна вся вечность уместиться.Всё, что ни сделаешь, крошаНа части мир, всегда некстати.Чтоб родилась одна душа,Всего Себя вложил Создатель.И потому при слове «Бог»,При первых же раскатах Слова, –Дух собран весь, Дух все возмог,Всего себя отдать готовый.

«А после-то, а после что ж?..»

– А после-то, а после что ж?– А после – лес, а после – дождь,А после – ветер и река,А после – эти облака.Как ночь приходит после дня,Так вам – мой дух после меня.Весь запах трав, весь птичий гам,Все небо я оставлю вам.– Но это было здесь всегда…Была земля, была вода,Был ветер, дождь, листва и свет –Все это вечно было.– Нет.И океан был прежде сух.И прежде сосен был их дух.И много прежде бытияЗемли и неба было «Я».

«Нет, я от вас не ухожу, друзья…»

Нет, я от вас не ухожу, друзья,Но вы есть вы, а сосны – это я.Да, вы есть вы, и твердою стенойВы каждый миг разделены со мной.А целый лес, все небо – это я.Перегородок нет у бытия.И если ни береза, ни соснасо мной не может быть разделена,так неужели всем отрытый Богмеж нами станет воздвигать порог?Но если Бог от сердца отделен,то я не я и Он не Он.