Ровный, твердый голос Иена разорвал тишину, как удар хлыста.

— Что?!

Иен с такой яростью смотрел на нас троих, что Санни затряслась от страха. Странная картина: Кайл и Иен словно поменялись лицами, только лицо Иена даже в гневе было прекрасно.

— Иен, что случилось? — недоуменно спросил Кайл.

— Анни! — прорычал Иен и протянул ко мне руку. Казалось, он едва сдерживается, чтобы не сжать ладонь в кулак.

«Ой-ой-ой!» — испугалась Мел.

Меня охватила безысходность. Я не хотела прощаться с Иеном, но вот пришлось. Ну конечно, пришлось: не могла же я удрать, как вор в ночи, взвалив всю тяжесть прощания на плечи Мелани. Иен схватил меня за руку и потащил, поднимая с пола. Санни, похоже, не собиралась разжимать объятий и повисла на мне. Иен затряс меня, и Санни упала.

— Да что с тобой такое? — возмутился Кайл. Иен ударил Кайла коленом в лицо.

— Иен! — возмутилась я.

Кайл прикрывал рукой нос, силясь подняться на ноги. Санни бросилась к нему и попыталась закрыть его своим крохотным телом. Кайл потерял равновесие и со стоном плюхнулся обратно на пол.

— Пошли, — рявкнул Иен и, не оборачиваясь, потащил меня прочь.

— Иен…

Он грубо дернул меня за собой, не давая и слова сказать. Вот и хорошо, потому что я понятия не имела, что ему говорить. Мимо мелькали удивленные лица. Я волновалась, что безымянная женщина расстроится — она не привыкла к гневу и насилию.

А потом мы резко остановились. Вход загораживал Джаред.

— Иен, ты спятил? — возмутился он. — Что ты с ней делаешь?

— Ты знал? — воскликнул Иен и подтащил меня к Джареду. Сзади кто-то захныкал — Иен их пугал.

— Ты делаешь ей больно!

— Ты знал, что она замышляет? — проревел Иен. Джаред уставился на Иена, и его лицо вдруг словно замкнулось. Он не ответил. Этого Иену хватило.

Кулак Иена стремительно врезался в Джареда, и Джаред отлетел в темный проход.

— Иен, перестань, — взмолилась я.

— Это ты перестань, — рявкнул он и поволок меня через арку в коридор, а потом дальше — на север.

— О'Ши! — окликнул Джаред.

— Больно, говоришь, делаю? — не замедляя шага, зарычал через плечо Иен. — Свинья ты лицемерная!

Позади не осталось ничего, кроме тишины и темноты. Я бежала, спотыкаясь во мраке, стараясь не отстать. Длинные пальцы Иена плотным кольцом обхватили мое предплечье, сдавив его как тиски. Рука начала неметь. Иен ускорил шаг, и у меня вырвался стон боли.

Иен остановился, хрипло дыша в темноте.

— Иен, Иен, послушай… — я задыхалась, не в силах договорить. Я просто не знала что сказать: перед глазами стояло его искаженное яростью лицо.

Руки Иена оторвали меня от земли и тут же поймали, не давая упасть. Иен подхватил меня на руки и снова побежал. Руки, которые только что были грубыми и злыми, теперь бережно прижимали меня к груди.

Иен пронесся через большую площадь, не обращая внимания на удивленные и даже настороженные лица. Слишком много непривычных, тревожных событий происходило сейчас в пещерах. Люди на площади — Виолетта, Джефри, Энди, Пейдж, Аарон, Брандт и другие, чьих лиц я не разглядела, — были встревожены. Они удивленно смотрели на Иена, который с перекошенным от ярости лицом стремглав промчался мимо, неся меня на руках.

А потом и они остались позади. Вот и двери, загораживающие проход в их с Кайлом комнату. Иен пнул красную дверь, которая с громким стуком упала на каменный пол, ввалился в комнату и бросил меня на матрас в углу. Грудь Иена вздымалась от ярости и напряжения. Он на миг обернулся, быстрым движением поставил дверь на место и снова сердито уставился на меня. Я тяжело вздохнула и перевернулась на колени, держа руки перед собой, ладонями вверх, и жалея, что они не могут сотворить чуда. Как бы я хотела дать ему хоть что-нибудь, что-нибудь сказать! Но мои руки были пусты.

— Я. Никуда. Тебя. Не пущу. — Его глаза метали синие молнии — я впервые видела, чтобы они сверкали так ярко.

— Иен, — прошептала я. — Пойми… я не могу остаться. Ты должен меня понять.

— Нет! — закричал он.

Я отпрянула, а Иен вдруг рухнул на колени передо мной, уткнулся головой мне в живот и обнял за талию. Его трясло, из груди вырывались громкие, надрывные всхлипы.

— Нет, Иен, нет, — взмолилась я. Лучше бы он злился! — Пожалуйста, не надо.

— Анни, — простонал он.

— Иен, пожалуйста, не переживай так. Не надо. Прости меня, пожалуйста.

Я тоже плакала, меня тоже трясло — или это он так сильно дрожал, не знаю.

— Ты не можешь уйти.

— Я должна, должна, — всхлипывала я. А потом мы долго плакали в тишине.

Наконец Иен вытер слезы, выпрямился и привлек меня к себе.

— Прости, — сказал он. — Я был груб.

— Нет, это ты меня прости. Надо было тебе объяснить, а не ждать, чтобы ты сам догадался. Я просто… не смогла. Я не хотела тебе говорить, не хотела ранить тебя… и себя. Я эгоистка.