– Сержант-майор Роберт Рид! – отчеканил я, уставившись в сенсоры универсального идентификатора, появившегося из-за скользнувшей в сторону фальшпанели. – Личный номер каппа ипсилон триста шестьдесят девять семьсот тринадцать двести тридцать один!

Коротенькая вспышка сине-зеленого цвета, неприятно ударившая по глазам, – и искин базы, удовлетворенный результатами сканирования, сдвинул в сторону бронеплиту, способную выдержать прямое попадание бетонобойной бомбы. Затем высветил на полу алый пунктир и приятным женским голосом попросил:

– Будьте любезны двигаться по красной световой дорожке, сэр!

Размазываться по полу или потолку от локального изменения силы или вектора гравитации мне совершенно не улыбалось, поэтому я послушно двинулся туда, куда посылали. Дошел до первого перекрестка, повернул направо и мысленно присвистнул – вместо того чтобы отправить меня в подземный лабиринт, обычно используемый инструкторами в качестве дополнительного полигона для отработки всего, что можно и нельзя, пунктир уперся в дверь, ведущую к транспортному терминалу! Искренне порадовавшись приятному сюрпризу, я подошел к очередному сенсору, дождался окончания чуть более сложной идентификации личности, нырнул в нутро десятиместного модуля, упал в ближайшее кресло и торопливо пристегнулся. По полной программе. Дабы не провоцировать Садюгу на какую-нибудь «милую» шутку.

Как это ни странно, искин отдельного разведывательного батальона шестой дивизии морской пехоты ФНС [4] не «перепутал» направление движения, не закрутил модуль винтом и не рванул с места с запредельным ускорением, дабы протестировать мою дисциплинированность, реакцию или текущее состояние вестибулярного аппарата. Наоборот, аккуратно закрыв и загерметизировав дверь, он плавно подал «сосиску» вперед и даже включил головидео выступления Кортни Хейз! Да-да, то самое, на котором певица вышла на публику в практически прозрачном платье от Алессандро Монтанари!

Здесь, на территории базы и под присмотром Садюги, поддерживать какие-либо образы не было необходимости, поэтому я равнодушно скользнул взглядом по модифицированным прелестям топ-звезды, дотронулся до сенсора выключения голопроектора и устало прикрыл глаза.

Вопреки моим ожиданиям шестиминутная активная медитация особого отдохновения не принесла, поэтому, когда модуль остановился и без каких-либо издевательств высадил меня перед лифтом, ведущим в штаб базы, я чувствовал все те же усталость и опустошение, что и перед посадкой. Тем не менее в очередной лифт вошел бодренько. И так же бодренько вышел из него там, где меня высадили. То есть перед кабинетом первого лейтенанта Джозефа Симмонса.

Зная, что Кайман не любит изображать большое начальство и никогда никого не держит в коридоре без настоятельной необходимости, я покосился на зеленую полоску, горящую на информационном табло, и дотронулся ладонью до сканера.

– Входи, Робби! – донеслось из динамиков акустической системы, и я, сделав четыре шага, вытянулся по стойке «смирно».

– Господин первый лейтенант, сержант-майор Роберт Рид…

– Располагайся! – прервав мой доклад, коротко бросил представитель ССО [5] и мотнул головой в сторону мягкого кожаного дивана совершенно не армейской расцветки.

Я сел, положил левую руку на мягкий подлокотник и вопросительно уставился на Каймана.

– Гибель Жиффара-Пресли подтверждена четырьмя независимыми источниками. КР [6] акции достиг девятнадцати единиц и продолжает расти… – довольно потерев руки, сообщил он. – Еще бы: на месте взрыва найдены обломки «варварского» механического взрывателя и микрочастицы сверхсекретного ВВ производства Российской Империи; в одиннадцатом округе сотрудники Бюро [7] обнаружили обезображенный труп предполагаемого убийцы, а расчетные характеристики траектории старта уиндера группы подстраховки, «обрубившей хвосты», однозначно свидетельствуют о том, что она прыгнула в Серые Сектора!

Я пожал плечами – мол, сделал лишь то, что от меня требовалось, и ничего более.

Увидев такое скупое проявление эмоций, Симмонс оскалился. Мгновенно став похожим на ту самую рептилию, в честь которой его и прозвали.

– Ты уже анализировал последствия трагической гибели господина Аллена?

– Никак нет, сэр, от меня требовались только планирование акции и ее качественное исполнение.

Взгляд первого лейтенанта подернулся ледком.

– Робби, не строй из себя клинического идиота и скажи, как, по-твоему, сенаторы отреагируют на смерть Жиффара-Пресли?!

Идиотом я, конечно же, не был. Поэтому прекрасно понимал, что смерть члена комитета по вооружению, последние полгода усиленно лоббировавшего проект постройки двенадцати тяжелых линкоров класса «Гурон», всего лишь камешек, расчетливо брошенный на снежный склон в нужное время и в нужном месте. А той самой лавиной, которая заставит Сенат поддержать мнение погибшего «патриота» и открыть финансирование постройки дорогущих космических кораблей, станет тщательно спланированная пиар-акция, становым хребтом которой будет созданный мною ложный след. Однако признаваться в том, что я догадываюсь, будто настоящим заказчиком акции является не правительство, а корпорация «BAE-EADS-Systems», было равнозначно требованию отправить себя любимого на электрический стул.