Я достала камеру и стала их незаметно снимать. Увидят, когда протрезвеют, ужас­нутся своих подвигов, - подумала я, - но, заметив в моих руках камеру, девочки набросились на меня. Пова­лив меня на песок, Ленка голой задницей уселась мне на грудь.

– Правильно! Не хочет раздеваться, пускай пизду лижет!
– выкрикивала пьяная Светка, снимая всё это на камеру, которую, в пылу борьбы, я выронила из рук.

Собравшись с силами, я всё-таки смогла сбро­сить с себя Ленку, вырвала у Светки из рук камеру и врезала ей сочную оплеуху, а Ленке так дала ногой по заднице, что звонкое эхо ещё долго носилось над притихшим озером. Я надеялась, что на этом их глупые выходки закончатся, но девочки смотрели на меня, абсолютно не понимая, чего я от них хочу и почему так взбесилась.

– Всё, хватит!
– заорала я на них.
– На сегодня водные процедуры закончены! Оде­вай­тесь, я подгоню машину!

Опу­стив откидной верх, я проветрила нагревшийся за день салон и подъехала за девоч­ками, но, то, что я увидела на берегу, повергло меня в настоящий шок! Мои ми­лые, голые, в дрыск пьяные подруги, танцевали ритуаль­ный танец невест племени Мумба-Юмба, перед неизвестно откуда появивши­мися парнями. Их было человек двадцать и все, как на подбор, насто­ящие красавцы в чёрных сатиновых тру­сах. Честно го­воря, мне стало страшновато. Финал нашей по­ездки на озеро был очевиден.

– А ну, в машину, быстро!
– набравшись смелости, заорала я, но парни были явно не настроены просто так расставаться со своими красавицами. Эти «механизаторы», «передовики сельхозтруда», привыкшие трудиться от зари до зари, собрались показать городским девицам как умеют работать лучшие парни на деревне, ведь, когда такие богатыри берутся за работу, даже их железные кони не выдерживают, птицы умолкают, звери по норам прячутся, а земля надрывно гудит и жалобно стонет! И вот теперь, эти двадцать два богатыря, собрались работать на этой, ещё непаханой це­лине, не покладая рук и, может быть, даже не в одну «смену». Ради «благого дела» они готовы были проявить всю свою богатырскую выносливость и деревенскую смекалку, но услышав посторонний шум, нарушивший их трудовые планы, дружно обернулись и удивлённо уставились на меня.

– О! Ещё одна коза прибежала! Давай, тащи к нам свою жопу, пове­се­лимся вместе! – выкрикнул могучий парень с курчавой головой, судя по всему, их деревенский куз­нец.

– А ну, оставьте девочек в покое и пошли на хер отсюда!
– решительно заорала я.
– Не ищете при­ключений на свои задницы!

Не ожидавшие от меня такого отпора, парни опешили, а я, воспользовавшись за­мин­кой в их «тракторной бригаде», пота­щила девчонок к ма­шине.

– Соберите вещи этих дам и положите мне в машину!
– тоном, не терпящим возражений, приказала я оторопевшим парням.

Сообразив, что про­стая доярка на такой тачке разъезжать не будет, парни, привыкшие безропотно выполнять любые приказы своего начальства, собрали разбросанную по всему пляжу одежду моих подруг и аккуратно сложили всё в багажник.

– Спасибо, мальчики!
– нажав на газ, помахала я им рукой.

Да, недаром говорят: «Пьяная баба себе не хозяйка!» – подумала я, выруливая на шоссе.

* * *

Покупались, блин!
– выгружая из машины свои вещи, с содроганием думала я, как вдруг заметила забытую в машине Светкину камеру. Просматривая снимки, сделанные на берегу озера, я неожиданно обна­ружила ещё около полусотни кадров, в том числе и несколько ви­део файлов. Под каждым снимком стояла дата проводившейся сьёмки и передо мною выстроилась целая цепочка событий, о которых я раньше даже и не подозревала. На фото мои «подружки» запечатлели себя в эротиче­ских по­зах, граничащих с безумным порно, а увидев домашнее видео с их участием, даже мне стало не по себе! Судя по всему, границ извращённой фантазии у этих «порнозвёзд» не было, да и нормы человеческой морали отсутствовали полностью. Это как же нужно себя не уважать, чтобы вытворять с собой такое, чтобы так издеваться над своим телом!
– с ужасом думала я.
– Бесстыжие «актрисы» занимались друг с другом извращённым сексом, используя в качестве секс игрушек не только фрукты, овощи и прочие дары садов и огородов, но даже бутылку от шампанского и различные кухонные принадлежности!

Ну, Леночка!
– с горечью подумала я.
– Оказывается, когда ты мне пела невин­ные песни о любви, у тебя уже был богатый садомазохистский опыт! А Светка? Неужели эта бедная, не­счастная девочка, которую никто не любит, такое с собой вытворяет?

Чтобы отойти от увиденного, я вышла в парк и до позднего вечера гуляла на свежем воздухе, а вернувшись домой всё содержимое камеры скопировала себе на флешку, а из камеры все файлы удалила. Ну, что ж, – решила я, - теперь посмотрим, кто кому лизать будет!

Я не хотела!

В первый же рабочий день, после праздников, девочки попро­сились их принять. Честно говоря, мне было противно их видеть, но немного поразмыслив, я всё же согласилась - интересно было по­слушать их лепет в оправдание своего по­ведения на озере. Попытаюсь их по­нять, - решила я, - но надле­жащие выводы я для себя уже сделала. Мне было ясно, как Божий день, что поездку на озеро они спланировали заранее, чтобы во­влечь меня в их «дружную» компанию. Намереваясь сфотогра­фировать меня в пикантном виде, они хотели заполучить возможность с помощью шантажа беспре­пятственно управлять мною, а если я попыта­юсь принять какие-либо защитные меры, у них на этот случай будет крепкий ар­гумент, чтобы поставить меня на место. Только благодаря чистой случайности мне удалось сорвать их коварный план.

– Проходите, располагайтесь!
– пригласила я их в комнату для отдыха, прилегающую к моему кабинету.
– Ну, что - вы уже отошли от праздников?

– Да, спасибо Лидочка, - кисло улыбнулась Светка.
– Мы хотели тебе сказать, что на берегу озера забыли камеру, а там снимки – сама знаешь! Если они по­падут в чужие руки, могут быть ужасные последствия!

– Ну, за это не волнуйтесь!
– положила я перед ними камеру.

Светка тут же схватила её со стола.

– Но здесь нет ни одного снимка!
– с недоумением посмотрела она на меня.