— Бэтон, — прошептал ван Зелл. И засмеялся. — Спроси Бэтона, Девон… там… лаборатория. — И снова хрипло засмеялся, а потом его смех резко оборвался.

— Йетс, этот проклятый расист умирает! — крикнула Есилькова, пытаясь нащупать пульс на сонной артерии.

Брэдли с трудом понимала, что происходит. Йетс ритмично нажимал обеими ладонями на грудную клетку умирающего, а Есилькова зажала пальцами его нос, раздвинула зубы и принялась делать ему искусственное дыхание «рот в рот». Эллу вторично стошнило. Сквозь гарь слабо пробивался запах рвоты. Дрожа, она прислонилась к стене и закрыла глаза.

Когда она пришла в себя, Йетс и Есилькова оставили попытки оживить ван Зелла. Есилькова злобно пнула уже окончательно мертвое тело и направилась мимо Эллы к телефону. Йетс говорил ей вслед:

— …на Звездный Девон.

— Нет, сначала я позвоню, проверю номер, — возразила Есилькова. Она осмотрела телефон. — Работает!

— Куда она звонит? — прошептала Элла Йетсу, внимательно вглядываясь ему в лицо. Следующей жертвой этих людей, очевидно, предстояло стать ей.

— В полицию, они там проверят, чей это номер. Это не займет много времени. Вам следует отправиться домой. Я вас провожу.

— А что с ним? — Она смотрела в сторону обожженного тела. Этого человека можно было спасти, если бы сразу вызвали врача, она была уверена в этом.

Элла действительно хотела домой. Домой, на Землю. Сейчас только бы добраться до своей квартиры и позвонить Тейлору на службу. Надо сообщить, что произошло, до того, как с ней разделаются.

— Спасибо, но все, что мне сейчас нужно, — это поспать. Одной. Что вы сделали с ним?

«Понятно, Йетс? Я не доверяю тебе. Ты убийца, ты и твоя уродина — убийцы. Меня от вас тошнит. В прямом смысле».

Йетс бросил взгляд на труп.

— Что с ним? — переспросил он. — Он мертв. Обо всем происшедшем надо молчать. Это должно остаться между нами тремя. Нашего мертвеца и его более чем мертвого друга — он там, за углом — мы внесем в список жертв перестрелки в коридоре M-М, тем более что они действительно там были. Напишем, что они погибли от взрыва их же собственного оружия. На этом дело и закроется, если, конечно, вы не проболтаетесь.

— Нет-нет, я буду молчать, — чересчур поспешно сказала Элла.

Йетс холодно усмехнулся. Он понимал, что между ними — пропасть.

— Еще бы вы не молчали. Ведь они охотились за вами. Мы не знаем, кому можно доверять, поэтому не доверяем никому. Ясно? Даже вашему другу в модном костюме. И полиции вы не должны ничего говорить до тех пор…

— До тех пор пока мы не вернемся со Звездного Девона, — докончила Есилькова, подходя к ним. — Этот номер принадлежит биолаборатории Звездного Девона, доктору Кэтлин Спенсер. Она там занимается вредителями. Мы нанесем ей неожиданный визит. Не знаю, что вы расслышали из слов ван Зелла, но он говорил о каком-то плане. Они вывели у себя в лаборатории новую заразу, которая истребит всех цветных.

— Но вы не можете отправиться на…

— Не можем отправиться на Звездный Девон, это вы хотите сказать, доктор Брэдли? Уж не собираетесь ли вы остановить нас с помощью ваших распрекрасных друзей?

— Она не сказала ничего похожего, Соня, — резко оборвал ее Йетс.

— Господи! — застонала Элла, закрывая лицо руками. — Давайте наконец уйдем отсюда. Иначе я…

— Что? Бухнетесь в обморок? Снова стравите? Дорогая мисс Нежность, помните, ваша жизнь в руках того, кому я поручу вас охранять, так как мне совершенно ясно, что сама себя вы защитить не можете. Особенно вот от этих… — Есилькова махнула рукой в сторону трупа ван Зелла и обгорелых бесформенных останков другого африканера. — Я понятно излагаю?

— Понятно, — прошептала Элла. Чтобы удержаться на ногах, она вынуждена была схватиться за первый попавшийся предмет, и им оказался локоть Йетса. Элла вцепилась в него обеими руками.

Сэм заботливо поддержал ее здоровой рукой и сказал:

— Ладно, оставь ее в покое, Соня. Я провожу ее домой. Встретимся у тебя через… — он посмотрел на часы, — через три часа. Ты пока проверь, есть ли транзитные билеты на Девон и закажи нам парочку.

— Хорошо. И постараюсь подобрать охрану для Брэдли.

— Вот и прекрасно, я побуду с ней, пока не придет охранник.

Элле не понравилось, что о ней говорят так, словно ее здесь нет. Оставалось только надеяться, что Йетс не попытается избавиться от нее по дороге, как это уже было проделано с человеком, который таращился пустыми, выжженными глазницами в вечность.

— Итак, инспектор Йетс, должна ли я считать себя под домашним арестом? — спросила Элла, кивая на сурового полицейского, застывшего у ее двери. Он забрал у нее личную карточку и собственноручно вставил в прорезь замка.