Всласть отоспавшись, Посланник Богини стал расспрашивать о живущих поблизости родах и узнал, что их целых пять. Самыми сильными соседями были Окраинники — почти полсотни человек. Обитали они тоже на внешнем отроге, но только в трех днях пути отсюда. Именно внешний отрог, дававший прямой выход к морской долине, на которой он мог показывать «чудеса», и заставил правителя выбрать для следующего визита именно их.

Три дня — это совсем недалеко, когда под ногами рыхлый, мягкий песок, а холодные струи никак не могут дотянуться до твоего тела своими обжигающими языками; когда вдосталь чудесной пресной воды, а вкуснейшая пища сама валится тебе под ноги, стоит только захотеть. Путники совсем не устали. Теперь их было пятеро: Найл пожелал, чтобы с ним отправились две женщины — Черный Плавник и Гладкий Плавник, что охотились на границах угодий и иногда встречались с такими же охотницами из племени соседей. Перечить хозяину мертвых никто не посмел, лишь соплеменницы переглянулись украдкой — вернутся ли назад их подруги? Нрав хозяина мертвых был известен, своих любимиц он редко возвращал в родные пещеры.

Знал Посланник Богини и кого искать: со стороны Окраинников на дальних землях обычно бывали Тутутулия и Черноглазка. Именно они должны были сказать соплеменникам, что к ним пришли не опасные чужаки, охотники за масками, а мирные соседи, которые на этот раз маски срывать не станут.

Пещера богатого рода не просто наполнялась алыми огоньками — она буквально светилась огненно-алым светом, словно самая скала обрела разум. Пара огней горели даже перед входом. Можно было подумать, там стоял пост охранения, готовый принять на себя первый удар возможного врага и поднять тревогу в доме. Но что могли противопоставить жалкие дикари представителю развитой цивилизации?

Поднявшись почти к самому входу в пещеру по широкой, удобной тропе — была здесь и такая, — Найл сосредоточился, соприкасаясь с разумом одного из караульных.

Скучно. Скучно, хочется спать и есть. И пить хочется — а вождь дает караульным пять глотков воды, только если честно простоял на своем месте от сна до сна, никуда не сбежав и не прилегши отдохнуть. А до сна еще далеко. Очень далеко. Скучно. Что может случиться с племенем, если до ближайших соседей три дня пути, а тех слишком мало, и они ни за что не решатся напасть? Скучно. Прыгнуть, что ли? Обрыв высокий, можно лететь до-олго. Или вытянуть руки перед собой и скользить вдаль, вдаль… А потом вернуться. Кто заметит?

Дикарь так и не заметил, с какого момента Найл подменил его мысли и желания своими. Он встал на выпирающий далеко вперед уступ, раскинул руки и начал медленно валиться вперед, в последний момент легко оттолкнувшись ступнями. Тело легло на упругую подушку воды и заскользило.

«Куда это он? — удивился второй охранник, подходя к покинутому соплеменником уступу. — Может, заметил что-то? Надо тоже проверить».

Вывод оказался столь прост и естественен, что молодой парень оттолкнулся посильнее и тоже полетел вниз.

Вот и все. Теперь, пока они вернутся назад, пройдет довольно много времени. И вернувшись, сторожа не узнают собственного рода.

Найл покачал подбородком из стороны в сторону — заныл почему-то, — потом потянулся сознанием в пещеру, вошел в контакт с ближним разумом… Мальчишка какой-то. Маленький и глупый… Впрочем, это и хорошо…

Мгновением спустя сосредоточенно выкладывавший чешуйками на полу толстую рыбину ребенок вскинул голову и закричал:

— Мама, мама, а где сейчас Тутутулия?

Послышался смех, женщины зашевелились, одна из них приподнялась, поправила почти полностью выщипанные с левой стороны волосы — и Посланник Богини мгновенно узнал ту, образ которой только что закладывал в разум малыша: бледные губы, широко распахнутые глаза, подбородок с глубокой ямкой. Правитель переметнулся в ее разум, изгнал оттуда заботу о прохудившейся на штанине коже и сломанной игле из ребра красноносой рыбы. Сейчас нужно сказать нечто важное. Очень важное.

— Теперь, или никогда! — подхлестнул Найл дикарку волевым ударом, и она вскочила:

— Сейчас сюда войдут Черный Плавник и Гладкий Плавник из рода победителей! — указала она на вход. — Они принесут нам благую весть, которая изменит жизнь племени!

Обитатели пещеры подняли головы, удивленные странным выкриком молодой женщины — но тут всплеснулась вода, и перед мягкой стеной действительно поднялись две чужачки.

— Мы должны… должны… Мы сказать, — неуверенно начали они, путаясь и перебивая друг друга. — К нам пришел хозяин мертвых… посетил-одарил… Он принес нам радость. Свою милость.

«Пора», — понял правитель и, увлекая за собой спутниц, тоже поднырнул под мембрану входа и выпрямился во весь рост. Снял маску, положил мешок на ступеньку — здесь пол не просто уходил в воду, а были вырублены три ступени, благодаря которым у входа плескалась не лужа, а небольшой прямоугольный бассейн.

— Я хозяин мертвых, — спокойно сообщил Найл. — Я решил посмотреть, как живут в Холодных горах живые, и показать живым, где обитают мертвые. Иначе вы можете заблудиться после смерти и вечно бродить во мраке. Дабы вы поверили мне и не погибали раньше срока, пытаясь со мной сразиться, я готов показать чудо и угостить вас пищей мертвых.