Фейт посмотрела на Кейна, пытаясь понять, как ответить. Она не могла рассказать ему, что это произошло после одного случая в шестнадцать лет. Он приехал на выходные домой, и она застала его, занимающегося сексом с одной из своих девушек. Позже, эта девушка, нашла Фейт, сидящей на качелях в ее любимом месте, в лесу, и объяснила, что она никогда не получит Кейна, что это просто глупая увлеченность и у нее никогда не будет шанса стать кем-то большим для него, потому что он следующий Альфа, а она просто человек.

Сердце Фейт было разбито, так как знала, Кейн видел и слышал ее, когда она вошла к ним. Она была уверена, что ему известно ее унижение, когда девушка ей все выговаривала. Фейт знала, Кейну известно о ее влюбленности, но он ничего не сделал и не сказал. Даже не проверил в порядке ли она. Ее сердце было разбито, и она была в ярости. Фейт ждала лучшего от него. Возможно, она перегнула палку, но ей было всего шестнадцать. Он был мужчиной, которого она любила, и надеялась, что однажды он увидит в ней больше, чем раздражающего ребенка. Фейт знала, он чувствовал, что она значит для него что-то, но не хотел признавать этого. Она так и не смогла справиться со своей злостью несмотря на прошедшие годы. Ей до сих пор было больно.

Фейт знала, что ведет себя по-детски, но не собиралась ему отвечать. Она не могла сделать это еще раз. Фейт старалась пережить это и пережила, она так решила. Даже решила ответить на предложение своего друга Брэда и выйти за него замуж, и зажить нормальной жизнью. Она все устроила.

Фейт посмотрела в его глаза.

— Нет, ни за что, Кейн. Ты больше не сделаешь этого со мной. Наконец-то я вернула свою уверенность в себе и свою жизнь. Я больше не люблю тебя, не могу. Я выхожу замуж за другого. Брэд приезжает в Австралию, и когда он попросит меня, я претворюсь удивленной и скажу: “Да”. Я собираюсь переехать в Англию и жить нормальной жизнью! Я, Фейт Йорк, больше не люблю тебя! Я больше не глупая шестнадцатилетняя дурочка, которая обожает тебя! Поэтому, доктор Вульфен, вы отвезете меня домой!

Дерьмо! Хорошо, было ошибкой сказать это. Она увидела, как глаза Кейна стали волчьими. Он порвал одежду Фейт и укусил ее плечо, помечая своей парой.

Кейн еще никогда не был так расстроен в своей жизни. Он был самым спокойным в своей семье — уравновешенный, собранный доктор. Его волк был зол и ревновал, повторяя в голове, что шестнадцать лет назад она была слишком молодой, чтобы поставить ей метку пары. Я терпеливо ждал. Она была ребенком, но сейчас выросла. Она моя, она наша. В глубине души, ты знал об этом.

Он знал, что она была особенной, но он не хотел об этом думать, потому что она была так молода и сейчас молода.

Кейн вздохнул. Он не собирался клеймить ее таким образом. Он знал, что должен извиниться за это. Кейн посмотрел в ее лицо и собирался попросить прощения, но когда он подвинул голову, красивое выражение удивления на ее лице и теплота в ярких шоколадных глазах, которые он не видел последние годы, захватили его. Кейн не смог сопротивляться. Он поцеловал ее, шоколад и ваниль напали на его вкусовые рецепторы, когда он вложил в поцелуй четыре года расстройств, ярости, замешательства и любви.

Сперва она не реагировала, но спустя несколько секунд ее мягкие губы начали отвечать, и ее маленькие руки начали двигаться вверх по его груди к шее. Кейн мысленно выдохнул от облегчения. Он переместил руки вниз, чтобы исследовать ее тело, обхватил ее полные груди, лаская и массируя их, пока Фейт не застонала ему в губы. Он опустил одну руку вниз, по упругому животу, к райскому местечку между ее ног.

Фейт простонала его имя и пробежалась руками по его спине, царапая и сжимая. Кейн оставил ее рот, опускаясь ниже, пока его пальцы кружили по ее клитору. Она вздрогнула в ответ. Когда он достиг метки, облизал и поцеловал ее, прежде чем спуститься ниже по ее телу, целуя, посасывая и покусывая. Она была такой вкусной. Достигнув ее груди, он взял один сосок в рот, пока массировал другой, потянув его, затем поменялся местами.

— Ох, ах, Кейн. Ох, Кейн.

Он был в раю, и она звала его Кейном, а не доктором Вульфеном. Он повернул лицо вниз к райскому местечку между ее бедрами. Когда он взглянул на нее, он почти кончил, увидев ее глаза, наполненные желанием, раскиданные волосы, выгнутую спину с торчащими сосками.

Фейт открыла глаза шире, тяжело дыша, она спросила:

— Что не так?

Он посмотрел на богиню перед ним, улыбнулся ей и ответил.

— Ничего. Ты идеальна, – затем нырнул вниз, к ее киске.

Фейт не могла поверить происходящему. Она была голой, и Кейн поставил ей метку, но ей было все равно, так как она затерялась в сексуальном возбуждении от вещей, о которых и не представляла, но всегда мечтала. Кейн, мужчина, которого она любила так долго, сколько себя помнила, поставил ей метку пары, ей, простому человеку, Фейт Йорк.

Рот Кейна был одновременно и раем, и адом. Фейт чувствовала, как его острые зубы кусали ее и было так хорошо, что она стонала его имя.