Чувствуя приятную усталость, оставшуюся после череды магических поединков, во время которых мальчик пытался подловить чарами щекотки необычайно юркого полукровку, Поттер в прекрасном настроении шагал по коридорам Хогвартса. Правда, от этого настроения не осталось и следа, когда, в очередной раз свернув, Гарри нос к носу столкнулся с Дамблдором. Не подав виду, юный волшебник вежливо поздоровался с директором, отвесив короткий поклон, и хотел было пройти мимо, однако Альбус не позволил этого сделать.

— Мой мальчик, позволь украсть несколько минут твоего драгоценного времени.

— Господин директор, я же просил не называть меня так! — возмутился Поттер.

— А, прости, запамятовал. Так ты уважишь просьбу старика?

Понимая, что отказ будет выглядеть грубо, Гарри осведомился:

— Что вы хотели?

На всякий случай чемпион сунул руки в карманы, нащупав в одном из них аварийный портключ, снабженный таким количеством силы, что мог пробить даже антиаппарационные щиты Хогвартса. Если что-то пойдет не так, он всегда успеет сбежать.

— Всего лишь хотел поинтересоваться, готов ли ты к завтрашнему испытанию, — с ласковой улыбкой произнес Альбус. — Многие ученики… и даже некоторые преподаватели моей школы абсолютно уверены в твоей победе.

— А вас это смущает? — не удержался от колкости Поттер.

— Ну, что ты такое говоришь! В Турнире должен победить достойнейший, и я полагаю, именно так и случится. Однако в данный момент мне хочется узнать, что ты намерен делать после окончания соревнований.

— Вернусь в Дурмстранг и закончу свое обучение. По-моему, это очевидный шаг.

— А тебя не смущает, что тем самым ты подорвешь репутацию своей родины? После такого поступка авторитет Англии на международной арене упадет до ноля, владеющие магией жители Британских островов начнут массово эмигрировать в другие страны, мирное общество захлестнет волна преступности…

— По-моему, вы преувеличиваете, господин директор! — перебил Дамблдлора чемпион. — Даже если мне удастся одержать победу в Турнире, она лишь наглядно продемонстрирует недостаточность уровня образования Хогвартса (что, впрочем, видно невооруженным взглядом), но не приведет к тем плачевным событиям, которые вы описываете. Их может вызвать неграмотная политика Министерства магии. Конечно, в том случае, если оно продолжит подражать страусу, засовывая голову в песок и делая вид, что не замечает накопившихся в обществе проблем. У вас все? Если да, то я пойду. У меня еще много дел — нужно хорошенько отдохнуть перед третьим туром.

Не дождавшись ответа, Гарри развернулся. Но у Великого Волшебника были иные планы. Достав из рукава палочку, он решительно произнес:

— Империо!

Поттер застыл на месте, а Дамблдор подошел к юному чемпиону, глаза которого остекленели, потеряв живой блеск, и добавил:

— Прости, мой мальчик. Это ради всеобщего блага!

Глава 20

Амелия Сьюзен Боунс, выдающаяся колдунья, глава Департамента Охраны Магического Правопорядка, а также почетный член Визенгамота сидела за столом в своем министерском кабинете и размышляла. Сегодня вечером в Хогвартсе должно было состояться финальное испытание Турнира Трех Волшебников. Сегодня, как утверждал один школьный профессор, должна была решиться судьба магической Англии. Все уже готово — стратегия разработана, рассредоточенные по стране группы быстрого реагирования ждут сигнала Амелии, а добровольные помощники, снабженные всеми необходимыми документами, дарующими им исключительные по широте полномочия, готовы в любой момент начать выполнение плана Квиррелла по захвату власти в стране.

Квиррелл… Надо признать, Боунс была сильно удивлена, когда зимой случайно повстречала Квиринуса в министерской столовой. Посетивший Министерство по какой-то пустяковой надобности (то ли для восстановления утерянной справки, то ли для сверки имущественного договора — Амелия не могла точно вспомнить) волшебник очень обрадовался, увидев колдунью, с которой давным-давно учился вместе на одном факультете. Слово за слово — и Боунс сама не поняла, почему пригласила обаятельного профессора к себе домой.

Годы сильно изменили Квиррелла, но только в лучшую сторону. Робкий, изнеженный домашним воспитанием мальчик, отчаянно боровшийся с комплексом неполноценности, превратился в остроумного привлекательного и уверенного в себе мужчину. Своим поведением, галантностью и неподдельной искренностью он быстро очаровал одинокую женщину, и Амелия не была расстроена, когда наутро после шикарного ужина под бутылочку изысканного вина проснулась с профессором в одной постели.

В тот день, занимаясь обычными делами в Министерстве, она замечала на себе много удивленных (а порой откровенно завистливых) взглядов сотрудниц и ощущала небывалый душевный подъем. Однако на одной случайной встрече история их отношений не закончилась. Всю неделю Боунс проводила вечера в компании Квиринуса, чувствуя себя мартовской кошечкой, таявшей от внимания и ласк своего кавалера. А потом профессор вдруг завел разговор о плачевной ситуации в стране. Для Амелии тема была крайне болезненной. Она долго жаловалась собеседнику на продажных чиновников, на некомпетентное руководство, на инфантильного министра, который существует только для галочки и за время своего правления еще ничего полезного не сделал.

Боунс говорила и говорила. Она была не в силах заткнуть фонтан своего красноречия, в кои-то веки отыскав понимающего слушателя. А когда женщина выплеснула наболевшее, Квиррелл поделился с ней информацией, от которой уши главы ДОМП начали заворачиваться в трубочку. Боунс не могла поверить, что пресса не преувеличивает, и в Хогвартсе, многие столетия считавшимся самым безопасным местом в Англии, творится форменное безобразие. А Квиринус на этом не остановился и предоставил своей любовнице тщательно подобранные воспоминания, письменные свидетельства очевидцев и документы, неопровержимо доказывающие причастность Дамблдора к эскалации конфликта во время гражданской войны, а также активной подготовке к новому противостоянию, которое вскоре должно повергнуть страну в хаос.