Шрифт:
Это были ее леса.
Здесь она чувствовала себя защищенной, она знала каждое дерево, каждый заросший мхом камень, каждый пруд и каждое болотце, каждый черничный кустик. Она знала даже древнюю каменную стену, в которую сейчас забились на зимовку змеи, знала, когда комары летом кусаются особенно свирепо и как от них спастись.
Сейчас, когда Лурдес шла по узенькой тропинке, скользкой от опавших листьев, словно кожа угря, а грязь засасывала ее кроссовки, единственное, что пугало ее, — это перспектива сбежать от всего этого вместе со Стоуни.
«Детство всегда рано или поздно заканчивается, — так обычно говорила бабушка, когда Лурдес было лет восемь или девять, и она спрашивала, когда же наконец вырастет. — Каждая девочка однажды становится женщиной и часто жалеет об этом дне. Не несись сломя голову навстречу своей судьбе».
«И вот теперь это произойдет, — думала Лурдес. — Завтра утром Он хочет, чтобы мы встретились у Норы и убежали вместе. Словно заключенные из тюрьмы. Я не могу. Но я его люблю. У нас будет ребенок. Мы принесем в мир новую жизнь».
После того как они побывали в церкви Девы Марии, Звезды Морей, некоторые вещи стали казаться Лурдес еще более значимыми, чем до сих пор. У ребенка, растущего в ней, есть семья — отец и мать. Дева Мария благословила ребенка, они со Стоуни связали свои судьбы у алтаря, перед лицом Бога.
Это, конечно, было глупо. Когда Лурдес перешагнула тонкую ниточку ручейка, она ощутила, как в ней зажглась какая-то искра. «Мы одно. Стоуни и я — одно целое. Ничто нас не разлучит. Ни мои родители, ни его, никто».
Она прижала руки к едва заметно выступающему животу.
«Ребенок!»
«Hola, hijito [15] твоя мама влюблена в твоего папу!»
Каким он будет? Или она? У него будут глаза Стоуни или ее? Пусть будут ее волосы. Его улыбка. И вдруг Лурдес поразила такая ужасная мысль, что она даже остановилась.
«А что, если этот ребенок будет похож на моего отца? Или на его мать?
Все хорошо, hijito, ты будешь самым прекрасным младенцем, когда-либо рождавшимся на свет. Не переживай!»
15
Привет, сынок (исп.).
Осторожно отодвигая низко нависшие ветки, которые вздрагивали от ее прикосновений, Лурдес рассмеялась. Она представила себе ребенка со всеми физическими и душевными недостатками обоих семейств. С бородавками на шее. С большими ушами. С крючковатым носом. С жесткими волосами. С тупым взглядом. С тонкими губами. Маленького роста, жирного, неуклюжего…
Надо будет рассказать утром Стоуни… «Не переживай, hijito, ты будешь хорошенький, как твоя мамочка!»
Она всегда знала, что однажды выйдет замуж и у нее будут дети. Ее матери было всего семнадцать, когда она вышла за отца, беременная старшим братом Лурдес, Мигелем.
«Всего на два года старше меня. Не такая уж большая разница. Прошу тебя, Пречистая Дева Мария, благослови нас троих, защити своей любовью и чистотой. Не позволь искушению или тьме пасть на нас».
Молиться вот так, среди своего леса, казалось ей так же естественно, как дышать.
Отец Лурдес запретил ей даже думать о браке с huero. Этим словом называли когда-то голубоглазых, светловолосых англосаксов, но теперь оно относилось ко всем нелатиноамериканцам. Тетя Лурдес Елена вышла замуж за huero, а через четыре года они развелись.
«От huero нет никакого проку», — предупреждал отец. Он считал и Стоуни одним из huero, о чем и сообщил дочери. Из-за этого они в первый раз по-настоящему поссорились. Он обзывал ее самыми невообразимыми словами, и она отвечала ему тем же. В конце концов Лурдес расплакалась, а отец, кипя от ярости, выскочил из дома. Только мать утешала ее, говорила, что постепенно отец привыкнет и полюбит этого «белого мальчика».
«А теперь…
Замужество.
Ребенок.
Боже, что же сделает отец?»
В свете луны маленький овальный пруд превратился в текучее золото. Лурдес поискала глазами источник света.
Луна, огромная, круглая, заслоняла собой весь клочок неба, какой можно было разглядеть за густыми деревьями. Она была оранжевого оттенка, словно закатное солнце. Лурдес закрыла глаза.
«Полная луна. Господи, помоги мне сделать правильный выбор. Пожалуйста, помоги мне и Стоуни».
Лурдес не сразу осознала, что начала молиться вслух в лесном храме:
— Прошу тебя, пусть наш ребенок родится здоровым, пусть поможет нам помириться с моей семьей, разрешить все проблемы, которые у нас еще будут. Матерь Божья, ты, которая помогает всем младенцам и матерям, благослови меня, пусть мы будем счастливы вместе!