Ощутив вызов, Рудый задышал чаще, губа приподнялась, обнажая зубы, плечи раздались. Однако, высокий воин, что до последнего мгновенья словно бы не обращал внимания на происходящее, громко произнес:

– А парень неплохо владеет оружием! Одеть, обуть, подучить немного... Глядишь, что путнее и получится. Что скажете?

Произнесенные в полной тишине, слова будто сломали некую преграду. Воины заулыбались, послышались шутки, кто-то принялся помогать Щербню, кто-то наоборот, ушел, разочарованный, что веселье закончилось. Его обступили, принялись хлопать по плечам, одобрительно похохатывать. Мычка сперва напрягся, но, не ощутив вражды, расслабился, заулыбался в ответ. Откликаясь на просьбы, охотно показывал оружие, и позволял щупать "невиданные лохмотья", как обозвали местные его рубаху и штаны.

Внезапно шум прекратился, будто у всех вокруг поотнимались языки, лица посерьезнели. Воины начали поспешно расходиться, словно получив неслышимую команду. Мычка сперва не понял что происходит, а когда повернулся, прямо на него, от крыльца самого большого здания двигались трое мужчин.

По краям двое могучих воинов в кожаных, с металлическими бляхами, доспехах с головы до ног, меж ними пожилой мужчина в красивых блестящих одеждах. Воины больше похожи на каменных истуканов, до того недвижимы лица и неспешны движения, но в глазах, скрытый внешним безразличием, таится вызов. Движения пожилого мужчины, напротив, резки и сбивчивы, походка быстра, а в лице напряжение, взгляд устремлен в пространство, будто прямо сейчас решает некую сложную задачу.

Рассматривая незнакомцев, Мычка ненадолго замешкался, а когда собрался с мыслями, ощутил пару тяжелых взглядов. Воины разом положили руки на оружие, сделали шаг вперед. Мычка невольно попятился, настолько велики и могучи. Однако в этот момент пожилой мужчина вынырнул из раздумий.

– В чем дело?
– резкий, как карканье ворона, окрик резанул по ушам.

Мычка скосил глаза. Все, кто еще миг назад с интересом обсуждал бой, исчезли, остался лишь он, по-прежнему не пришедший в себя Щербень, подпирающий спиной стену, да высокий воин, что удерживал Рудого. Высокий воин вдруг шагнул вперед, склонив голову, сказал почтительно:

– Все в порядке.

– Это кто?
– Пожилой взглянул требовательно.
– Что за бродяга?

– Новичок.
– Высокий сделал незаметный жест, призывая Мычку отойти.
– Проверяли на пригодность.

Под недружелюбными взглядами стражей Мычка поспешно отскочил, влип в стену рядом с Щербнем. Пожилой покивал, сказал в раздумье:

– Я к Мартыну. Если не вернусь засветло, отправь людей навстречу. Что-то беспокойно стало в городе ночами.

Он вновь ушел в себя, двинулся дальше, судя по отрешенному взгляду, начисто забыв о существовании Мычки. Проводив троицу внимательным взглядом, высокий повернулся к Мычке, сказал:

– Ну все, можешь располагаться. Это казарма, твой будущий дом. Одежку выдадут новую, оружие тоже, свое отдашь на хранение.
– Перехватив удивленный взгляд собеседника, сказал с нажимом: - Я понимаю, свой меч дороже девки, но есть определенные правила, так что придется потерпеть. По крайней мере по началу. А там посмотрим.

Мычка внимательно выслушал, кивнул, однако, не в силах противиться зудящему любопытству, спросил:

– А этот, с кем ты говорил... он кто?

Собеседник чуть заметно усмехнулся, сказал:

– А это и есть наместник.
– Заметив, как дернулся Мычка, добавил ледяным голосом: - Надеюсь, у тебя хватит ума не бежать следом, чтобы задать вопрос. Те двое не чета Щербню, сморгнуть не успеешь - в землю по уши вколотят.

Мычка поежился. Навыки - навыками, но таких чудовищ никаким мечом не одолеть, разве уронить на голову дерево, или заманить в ловчую яму, присыпать камнями, а потом еще попрыгать сверху для верности. В очередной раз возблагодарив духов удачи, что судьба сразу не вывела на наместника, Мычка двинулся в здание, но, спохватился, поинтересовался:

– Ты что-то говорил об одежде. С кого спрашивать?

Высокий лишь покачал головой, поманив пальцем, двинулся ко входу. С трудом скрывая охватившую радость, Мычка поспешил следом, в дом со звучным названием "казарма". Помещение заставлено лежаками, возле каждого объемистый ларь, со вбитых в стены крюков свисает оружие. В дальнем углу сгрудились воины, что-то негромко обсуждают.

Привлекая внимание, высокий кашлянул. На звук повернулись разом несколько голов. Высокий кивнул, указал взглядом на Мычку и вышел, не говоря ни слова. Один из воинов поднялся, вразвалочку подошел: округлое мятое лицо, заплывшие жиром глазки, на пузе рубаха вздувается холмиком, а ремень на штанах натянулся так, что того и гляди треснет. Окинув Мычку взглядом, воин произнес с зевком:

– И откуда вас таких берут, задохликов? Ладно, посмотрим что есть. Рубаха какая может и отыщется, но штанов по размеру не обещаю, сапог тем более. Пойдем, покажу что тут где. А чтобы время попусту не терять, сказывай, как Щербня одолел. Он, конечно, так себе боец, но и ты, как погляжу, не гигант...

Рухнув на лежак, Мычка ощутил небывалое облегченье. Тело наполнено приятной усталостью, ноги гудят от напряжения, а в голове кружатся образы, сталкиваются, рассыпаются разноцветным крошевом. Перед глазами вспыхивают лица, в ушах звучат голоса, а в пальцах еще не угасло ощущение от новой одежи: шероховатая кожа рубахи, выпуклые пластинки железных блях, новое и непривычное облачение, а если точнее, доспех.