– Вас тут не должно быть капитан.
– Продолжал тем временем шипеть граф.
– По официальной версии вы без вести пропали, катаясь в море на скутере. Который так полюбили. Очень неосторожно с вашей стороны кататься так близко от рифов, не молодой все-таки были. Тем более рядом с нестабильным переходом. Спасатели прибыли через десять минут после выдачи сигнала со скутера об отсутствии пассажира. Сам аппарат нашли разбитым на камнях. А тело вот куда-то унесло. Течения там сильные, а места гиблые. Я отправлю вас подальше, в долину туманов. Есть тут у меня такое местечко. Зато там отличная россыпь драгоценных камешков.
– Граф с удовольствием полюбовался своим перстнем.
– Всю добычу ведут машины. Туда представители власти не добираются. Официально там нет ручного труда. Не буду рисковать с вашей мнемозащитой. Какая-то она не похожая на защиту обычных стражников и полицию. Может, поясните?

– Вряд ли я чем могу помочь. Мне подробностей на службе не давали.

Капитан постарался как можно жестче контролировать эмоции и мысли. Вот когда пригодились бессмысленные тренировки с мнемиками, начиная с общей школы. В конце концов, он сказал только правду. Деталей проводимых усовершенствований в мнемоблоках никому не сообщают. А вот о том, что основные изменения были внесены в последнее время, если быть точнее, то в течение последнего года, у него не спрашивали. Офицер тихо выдохнул, увидев, что граф поверил ему. Он уже понял, что общается с тем, из-за кого многие из его сослуживцев, и он сам были вынуждены по несколько часов провести в обществе мнемиков империи, по результатам изучения мнемоблоков рабыни и других, задержанных по ее делу. Пожалуй, впервые за всю свою жизнь он с благодарностью вспомнил о тех, кто работает с его головой. До этого момента все рассказы о мнемовойнах казались чем-то вроде древнейшей истории. И казалось, что мнемики только даром едят свой хлеб.

– Я так понимаю, это брат той девочки, подруги принцессы.
– Задал он почти риторический для себя вопрос.

– Да, жаль девчонка выскользнула у мня из рук.
– Граф не сдержал легкой досады.
– Если бы не этот дворецкий, со своими играми. Девчонка ему пяткоу нос свернула. Так он решил отыграться, а я повелся. Поспорили, сколько девчонка сможет простоять в босоножках наслаждения, если от этого будет зависеть жизнь ее братца. Кто же знал, что эта идиотка доведет игру до раздробления стоп? Если бы не это, у принцессы сейчас не было бы подружки. Даже эпидемии ее не взяли. Что в Ирбинске, что эта. Поразительная живучесть.

– Но я слышал, что расследование по делу о его гибели проверялось.
– Протянул недоуменно пленник, содрогнувшись от услышанного.

Его похититель не скрывал свой уверенности, что пленнику некуда деться. И в самое ближайшее время он исчезнет. Может это и так. Но почему бы не попытаться воспользоваться возможностью и не вытянуть новую информацию.

– Да что там они проверяли.
– Хозяин замка громко расхохотался, а потом хвастливо продолжил.
– Мне нужно было спровоцировать у них обоих стресс. А что моет быть лучше, чем смерть единственно родного человека?

Мальчишка должен был всего лишь немного подровнять яму в подвале. Там вынули колонну, и собирались поставить новую. Он действительно упал туда случайно. Стукнулся головой о стенку и потерял сознание. Очень эффектная поза получилась. Вот я и решил воспользоваться. Мальчишке вкололи кое-что, чтобы не очнулся раньше времени и не пошевелился. Очень уж эффектно лежал, а главное естественно. И привели ее. Врач естественно ряженный был. А девчонку в яму допускать и не собирались. Да этого и не потребовалось. Она сразу вырубилась. Как вошла в этих босоножках, увидела братца и попыталась побежать. Вот тут и вырубилась от боли.

– Потом?

– А потом? Стресс и болевой шок очень благодатная почва для разрушения любой защиты и постановки надежного блока. Это моя самая удачная разработка. Увы, не могу до сих пор ею воспользоваться.

А мальчишку привели в чувство, что посмотрел, как ее вытаскивали. Я приказал сделать это за ноги, как труп. Очень наглядно получилось.

– Но расследование? Ведь документы, свидетели?
– Продолжал подначивать дознаватель слишком самоуверенного графа.

– Да какие свидетели?
– Неподдельно удивился граф.
– Ряжеными были мои гости. Они с удовольствием сыграли сценку. Протокол о трупе составили по описанию и естественно не во дворце. Иногда сам удивляюсь, что можно сделать за несколько десятков золотых. Лучше любого мнемовоздействия. Инспектор подтвердил и заверил все вообще не выходя из кабинета. Он и был единственным, кто якобы опознал труп. А сам труп? Так их безымянных, в столичных моргах всегда достаточно. Только выбирай.

– Что, тоже сделали подлог сканера?

– Зачем? Скан настоящий. А в области шеи металлический держатель. чтобы голова на сломанной шее держалась.
– Хохотнул мужчина.
– Надо было всего лишь усыпить мальчишку. Пробы тоже настоящие. И волос, и кожи. Даже из полости рта. Все что захотели, то и получили. А на сжигание тело с головой пеленают. Да и сверяют-то их по номерам, а не по лицам. Так что когда пришли проверять и нашли пробы, неизвестный трупик и обрел свое имя. А заодно и подтвердить родство с этой девкой.

– Не завидую я вам, когда она об этом узнает.
– Презрительно бросил капитан, глядя на светящегося самодовольством хозяина замка.- Да и друзья у нее не сахар, могут позаботиться и без нее. На подошедшего сзади слугу он не обернулся и укол почти не почувствовал. Просто отключился.

Лютик напряжено думал. Со времени, когда он проснулся в этом замке, прошло уже больше месяца. Ему так и не удалось найти способ покинуть его. Более того, после того, как его в очередной раз застали во дворе около ворот, ему на шею надели какой-то другой ошейник. Вместо обычного поводка, который он планировал сломать, как и все предыдущие. Теперь в шею впивался какой-то шунт. Он уходил глубоко и, похоже, проникал между позвонками. По крайней мере, ему так казалось, когда попытался прощупать его. К тому же и сам ошейник оказался недоступным, заключенным в непроницаемое силовое поле.