Семь часов безумной гонки закончились, когда на небе появились первые звезды. Добравшись до зала собраний мастеров и удостоверившись, что пока ничего непоправимого не произошло, Виктор просто стек по сиденью на землю и принялся чуть ли не целовать ее за тот простой факт, что она не дергалась из стороны в сторону ежесекундно и не пыталась вытрясти из него всю душу. Вот только насладиться покоем и умиротворением ему не дали.

— Виктор, милашка! — раздался от дверей здания до боли знакомый голос мастера пегасов. — Ты где пропадал столько времени! Я ску-у-уча-а-ал! — жалобно протянул под конец своей фразы ходячий ахтунг.

— Добейте меня кто-нибудь. — простонал Виктор, будучи не в силах оторваться от земли. — И сожгите мое тело, чтобы оно не досталось этому старому извращенцу.

Впрочем, ни добивать его, ни сжигать тело никто не стал — вместо этого объяснявшая сложившуюся ситуацию своему мастеру Эльза призвала клинок и не глядя, приставила его точно к горлу собиравшегося уже рвануть к беспомощному Виктору мастера Боба. Намек был осмотрен, проверен пальцем на остроту и признан весьма весомым аргументом для смены объекта обожания.

— Грей, лапочка! Ну хоть ты не отвергай меня! Вспомни, как мы весело проводили время на золотых пляжах Акане! — переключился мастер Боб на еще одну любимую жертву из числа фей. Покосившись на Эльзу и убедившись, что помогать товарищу она не собирается, он с веселым улюлюканьем рванул за не на шутку перепугавшимся Греем.

— Значит, полагаешь, он непременно объявится здесь и пустит в ход артефакт Зерефа? — едва слышно поинтересовался Макаров у Эльзы.

— Виктор в этом не сомневается. — так же тихо ответила Эльза.

— Что же, придется устроить несколько засад. Упускать этого темного со столь страшным артефактом в руках, мы не имеем никакого права. Я сам передам информацию прочим мастерам, а вы пока отдохните. Особенно это касается Виктора. Давненько мне не доводилось видеть его в столь жалком состоянии. Хорошо, что Полюшки рядом нет, а то уже добила бы беднягу своей метлой.

— Хорошо, мастер. — коротко кивнула Эльза и подхватив вместе с Каной под руки абсолютно не сопротивляющееся тело Виктора, потащила его внутрь здания.

— Тащи на чердак. — только и смог сказать Виктор, давая направление движения. — Посижу там с винтовкой. — пояснил он на вопросительный взгляд сестры.

Осмотрев чердак одной из башен, куда его подняли и проверив на крепость деревянные перекрытия парой усиленных ударов ногой, Виктор удостоверился, что здесь вполне сможет уместиться его мех.

— Эльза, доставай его. — коротко обратился он к сестре в чьем пространственном кармане все это время и путешествовал мех. Как Виктор ни тужился, но запихать в свой карман даже лишенное брони творение своего сумрачного гения он не смог и потому пришлось обращаться за помощью в транспортировке к сестре.

Не сказав ни слова и лишь кивнув в ответ, Эльза извлекла из своего кармана собранный Виктором мех. И пусть он все еще не был покрыт броней, даже в таком виде произвел на не видевшую его ранее Кану неизгладимое впечатление. Но если для многих не знакомых с артефактами производимыми Виктором невероятным показался бы сам вид меха, то Кана целенаправленно косилась на две автоматические пушки, что замещали творению Виктора руки.

0x01 graphic

— Конец демону. — предрекла она, обозрев представшую взгляду картину. — Тут даже с помощью моих карт гадать не надо.

— Брат, а ты уверен, что он здесь уместен? — покосившись на небольшое слуховое окошко — единственное, которое было на чердаке, решила уточнить Эльза. Да и постоянные скрипы напряженной древесины, что принялись раздаваться по всему чердаку, не внушали уверенности в том, что здание переживет применение меха с выбранной братом позиции.

— Нет. — совершенно искренне ответил Виктор. — Но мне не дают покоя лавры Виктории Церес! Я тоже хочу пафосно расстреливать врага из двух удерживаемых в руках 30-мм пушек, стоя на крыше особняка!

— О чем это он? — тихо поинтересовалась Кана у Эльзы.

— Если бы я знала. — столь же тихо ответила Титания. Время от времени она замечала, что у ее брата начинают очень недобро сверкать глаза, и тогда на свет рождались какие-либо бредовые идеи или безумные желания по типу нынешнего. Но, вспоминая, сколько всего ему пришлось пережить, она решила, что Виктор имеет полное право на небольшое сумасшествие для спускания пара, тем более что спускал свое сумасшествие Виктор с цепи исключительно при борьбе с врагом, независимо от размеров и степени угрозы последнего. И его вечная битва с комарами при помощи небольшого огнемета на всех лесных стоянках уже давно не казалась ей чем-то ненормальным. "Есть у ее брата некоторые бзики. Ну и что? А у кого их нет!?" — именно подобными мыслями она постоянно успокаивала себя, когда Виктор выкидывал что-либо новое.