— Хм? — оторвавшись от созерцания первой появившейся на небе звезды, Виктор повернул голову к Люси.

— Я, похоже, наконец, до конца осознала, почему тебя называют жутким типом. Ты сейчас так спокойно рассуждал об убийстве виновников произошедшего, будто это было для тебя нечто привычное. Как выпить чашку кофе!

— Я не люблю кофе. — чуть скривил лицо Виктор, — Пусть лучше будет чай.

— Хорошо. Пусть будет чай. Дело не в напитке, а в твоем отношении.

— Ты не понимаешь, как я могу быть таким?

— Да. — вновь потупилась Люси. — Никто из тех, с кем я общалась за последние сутки, не говорил о будущей мести так спокойно и одновременно страшно. Все буквально взрывались от негодования и потрясая кулаками, обещали фантомам ад на земле, но было хорошо видно, что большей частью все это было напускное. Просто они еще не остыли после боя. Ты же… Ты другой.

— Просто у меня весьма богатый опыт в плане мести. У нас в гильдии не принято лезть в душу и прошлое других и потому ты вряд ли знаешь, что десять лет назад меня убили.

— Что!? — сказать, что Люси оказалась шокирована, значило не сказать ничего.

— Ты все правильно расслышала. — хмыкнул Виктор. — Я был рабом у темных магов и когда мне было девять лет, они убили меня.

— Но… Как?

— Как я могу сидеть здесь и разговаривать с тобой если сам говорю, что меня убили?

— Ага. — только и смогла кивнуть та.

— Тебе приходилось слышать такую фразу — "У кошек девять жизней."?

— Да.

— Ну вот. А у меня их было две. Это, наверное, была моя самая важная способность. Темные забрали только одну. И тем самым подписали себе смертный приговор. Годы я готовился к своей мести. Ты даже представить себе не можешь, как мне хотелось сорваться с места и пойти убивать тех, кто издевался надо мной, сестрой и всеми остальными пленниками. Каждое утро я просыпался с одним единственным непреодолимым желанием…

— Убивать? — тихо спросила Люси, боясь даже смотреть в сторону своего собеседника.

— Нет. — усмехнулся Виктор. — Наоборот — спасти жизнь. Спасти жизни Эльзы и остальных. Именно эта мысль не позволила мне наделать ошибок и рвануть в бой раньше, чем я смог подготовиться. И она же позволила мне закалить силу воли и научиться контролировать жажду мести. Со временем возможность простого контроля эволюционировала в способность управления данным желанием. Гнев, жажда справедливости, самоудовлетворение — всеми этими составляющими мести я научился манипулировать. И то, что я спокойно сижу тут и наблюдаю за появляющимися на небе звездами, зная, что скоро мне предстоит бросить горсть земли на крышки гробов своих товарищей, вовсе не значит, что внутренне я не клокочу, подобно проснувшемуся вулкану. Извини, Люси, здесь и сейчас я не могу пообещать тебе не трогать твоего отца. Так или иначе, кто-то вскоре умрет. Но прежде чем начать вершить свое правосудие, я как следует разберусь как, кого и за что я буду должен покарать. Понимаю, это не тот ответ, что ты желала бы услышать, но другого я тебе пока дать не могу.

— Мой отец совершил большую ошибку, Виктор. И ему, несомненно, нет прощения. Но он все же мой отец. И как бы я ни была зла на него, я не позволю тебе убить его. — упершись взглядом в землю и дрожа всем телом от нахлынувшего страха, произнесла Люси.

— Я правильно понимаю, что сперва мне придется убить тебя? — абсолютно спокойным голосом поинтересовался артефактор.

— Д-да. — с трудом выдавила из себя заклинательница духов.

— Да будет так. — кивнул головой Виктор и тут же ойкнул от прилетевшего подзатыльника.

— И не стыдно тебе!? Так запугивать бедную девушку! — пробурчал вернувший своей руке нормальный размер Макаров. — Вот уж действительно — жуткий тип!

— Ничего. Ей полезно. — пробурчал потирающий голову Виктор, — Чем раньше она снимет те розовые очки, через которые ее всю жизнь учили смотреть на мир, тем больше у нее будет шансов уцелеть, работая гильдейским магом. Не скажу, что все те вызовы, что свалились на голову Люси с момента появления в нашей гильдии, являются чем-то привычным для нас. Да и показала она себя с лучшей стороны. Но если бы мы с ней оказались несколько сильнее, чем являемся сейчас, ребята могли бы выжить.

— Полагаешь, что у остальных сейчас не роятся в голове подобные мысли? — нахмурился мастер. — Думаешь, что самобичеванием дозволено заниматься только тебе? Так я тебе вот что скажу, Виктор. Мастером в гильдии числюсь все еще я! И пока это так, вся ответственность лежит только на мне!

— Похоже, ты забыл об одной вещи, дед. — усмехнулся Виктор — В нашей гильдии принято делиться всем — как радостями, так и горестями. Так что не жадничай. А что касается твоего отца, Люси. — он вновь повернулся к собеседнице, — Его жизнь полностью и целиком будет зависеть от текста заказа по возврату его блудной дочурки. Если ознакомившись с ним, я смогу прочитать между строк — "вернуть ее любыми способами, не взирая на сопутствующий ущерб", его не спасет никто. Ни ты. Ни мастер. Ни Магический Совет в полном составе. Если же все произошедшее будет являться только виной фантомов, которые решили убить одним выстрелом двух зайцев — и тебя вернуть за явно немалое вознаграждение и разобраться с нами за то, что мы уже давно наступали им на пятки, то я не буду трогать твоего отца. Обещаю. Ограничусь перерезанием глоток пленным фантомам. Ты, кстати, уже выбрала, кому будешь горло резать? — мило обратился он к Люси, — А то смотри, разберут всех жутких типов до тебя, и придется тебе казнить милых девушек, чья вина лишь в том, что они оказались в составе Призрачного Фантома.

— К-казнить!? — пискнула Люси, смотря полными ужаса глазами на артефактора.

— Конечно! Должны же мы реализовать свое право победителя, как нам это завещали предки! Так что массовые казни — это наше все!

— Балбес! — Макаров вновь обрушил карающую длань на бестолковку Виктора. — Хватит уже запугивать бедняжку!

— А нечего быть такой доверчивой! Ладно я — все же свой и в обиду не дам, да и сам не обижу! А если кто другой предложит ей, к примеру, вкусную мороженку и заманит в свой темный подвал!? Все! Пропадет наша Люси!