— Хорошо, уговорила. Только прежде чем начать меня бить, позвольте мне высказаться! Хоть на это я могу рассчитывать? — как бы ему ни хотелось посидеть на столь безопасной верхотуре подольше, Виктор прекрасно понимал, что, желай любой из находящейся внизу пары свалить его укрытие, они осуществили бы задуманное в мгновение ока.

— Как ты мог!? — перекинувшись обратно в человеческую форму, отвесила пощечину спустившемуся с дерева артефактору Мира. — Я доверяла тебе, а ты…! — не в силах закончить фразу девушка лишь еще раз врезала Виктору и разрыдавшись, уткнула лицо в свои ладони. — Я доверяла тебе. — вновь повторила она сквозь слезы, — Я позволила вам встречаться. Но ты… Ты захотел большего! Предатель! Ненавижу! Не трогай меня! — дернула она плечами, чтобы скинуть с них руки парня попытавшегося обнять свою любимую, поскольку сказать что-либо в свое оправдание он не мог. Все обстояло именно так, как сказала Мира. То чего он так боялся, все же произошло — в слишком далеко зашедшей попытке помочь Кане, он потерял доверие той, жизнь без которой не мог себе представить.

— Может уже врежешь мне, Гилдарц? — стоя с опущенными руками и не зная, что еще можно предпринять, обратился Виктор к замершему сбоку магу.

— Хм. Похоже, теперь это нужно тебе даже больше чем мне. — усмехнулся старый ловелас и впечатал кулак в челюсть даже не подумавшего сопротивляться артефактора.

— Хорош! Ничего не скажешь! — были первыми словами, которыми Полюшка поприветствовала навестившего ее любимого пациента. — Кто это тебя так разукрасил?

— Гилдарц вернулся. — пробурчал в ответ Виктор, чем вызвал к явлению практически невиданное зрелище — лекарь всея фей едва ли не принялась кататься по полу от смеха.

— Получил таки свое, прохвост! — не в силах успокоиться и давясь от смеха, она пропустила блудного артефатора в дом, — А ведь я предупреждала, что тебе еще аукнется ухлестывание разом за двумя красавицами.

— Получил. — устало рухнув в кресло, он прикрыл лицо рукой, — Мира сказала, что ненавидит меня и не желает больше видеть.

— С чего бы это!? — немало удивилась Полюшка, — Она же сама дала вам с Каной добро на встречи и свидания.

— Кана сказала, что беременна. — не меняя позы и общей убитости голоса, пояснил Виктор. Следующие пол часа он, сперва, стойко терпел удары метлой, а после бегал по всему дому лекаря, когда тяжесть ударов начала сказываться на крепости костей, принявшихся активно похрустывать. Пытаться размазать его по стенкам или полу перестали лишь после того, как споткнувшийся за ножку стула Виктор со всей дури врезался головой в комод и тихонечко сполз по нему на пол.

— И ты действительно полагаешь, что сможешь обдурить меня столь детским фокусом, как показательное расквашивание своего носа? — потыкав метлой замершее на полу тело, ехидно поинтересовалась Полюшка, но не получив какого-либо ответа, продолжила капать на мозги парню, — Так я вынуждена тебя разочаровать. Макаров проделывал нечто подобное еще десятилетия назад, так что я имею абсолютный иммунитет против подобных поползновений. А теперь лучше подымайся, пока не залил мне своей кровью ковер. — Оказав первую помощь все же переставшему притворяться артефактору, Полюшка поинтересовалась причиной его визита, ведь синяки и ссадины оставленные на его лице Гилдарцем не были теми травмами, с которыми обращались к ней.

— Вообще-то я и так собирался вас навестить. Вроде, глаз уже должен быть готов?

— Готов твой глаз. — кивнула лекарь. — Конечно, то, что по твоему заказу запихали в хрусталик и линзы твои знакомые артефакторы, не способствовало его удачному выращиванию, но мне удалось справиться с задачей. Честно говоря, я и раньше считала тебя параноиком, но в этот раз ты превзошел самого себя.

— Однажды я уже обжегся, Полюшка. — постучал пальцем по прикрывающей правую глазницу повязке Виктор, — И больше не желаю повторять подобный опыт.

— Что же, тут мне возразить тебе нечего. Только очень внимательно следи за уровнем его наполнения маной. Все же это твой глаз, а не дешевый одноразовый посох, который в случае чего было бы не жалко лишиться. Перенапряжешь его и придется вновь делать новый, а то и вовсе без головы останешься.

— Не переживайте, я вообще не планирую пускать его в ход. Все же для того, чтобы пригодились заложенные в него способности, я должен оказаться на самой грани гибели.

— А то тебе там не доводилось бывать? — грустно усмехнулась лекарь. — Ладно, раз уж ты, наконец, нашел в своем неимоверно плотном графике время навестить одинокую старушку, не будем терять время зря. Все же тебе еще разбираться с ситуацией, в которую ты загнал себя сам. А это, уверяю тебя, будет очень нелегким и небыстрым делом.

— А то я не понимаю. — тяжело вздохнул Виктор, который даже не знал, с чего можно было бы начать вновь налаживать отношения с Мирой и как выстраивать свои отношения с Каной. — Но все же, я скоро стану папой, а это с лихвой перекрывает все проблемы! — расцвел он в дурацкой улыбке под конец.

Вернувшись уже ближе к вечеру в свою мастерскую, Виктор с удивлением обнаружил обеих Эльз мирно чаевничающих за его рабочим столом.

— Ну ты даешь, братец! — покачала головой Титания, стоило входной двери захлопнуться за спиной Виктора. — Возвращаюсь я, значит, в гильдию и что вижу? В новенькой каменной стене огромная дыра, Мира рыдает в темном углу, Гилдарц сидит темнее тучи, вокруг Каны собрались все гильдейские девушки и вовсю костерят тебя. Как же это ты так умудрился? Сам ведь в свое время отправлял нас с Мирой на ту самую лекцию к Полюшке!