Мне все больше и больше кажется, что Роулинг описала многое из того, чего на самом деле не было. Читала я как-то фанфик, где рассказывалось, что Дамблдору удалось занять место Поттера. И что именно он диктовал семь книг про мальчика, попавшего в сказку. При таком раскладе может существовать и Снейп-однолюб с нелепым патронусом, разбитым сердцем, жаждущий помереть во имя (вставить нужное). Хрен его знает. Мне больше нравится местный Снейп.

====== Глава 34 ======

Я написала о своих успехах деду и похвасталась девочкам. Они тоже захотели научиться. Тем более что большинство умело медитировать.

– Я дам вам свои записи, – сказала я, – но для тренировок, думаю, стоит обратиться к профессору Флитвику. Он никогда не отказывается помочь с заклинаниями.

– А тебе кто помогал? – спросила Лаванда.

– Профессор Снейп, – ответила я, – сами понимаете.

Мои подружки кивнули. Декана Слизерина большинство побаивалось. А вот добродушный Флитвик вызывал самые добрые чувства.

Декан Райвенкло не подвел, он был рад оказать услугу, тем более что речь шла о довольно сложном заклинании. Получилось у всех. У Парвати патронусом ожидаемо оказалась кобра. У Лаванды – кролик. У Фэй – куница. У Мэгги – выдра. У Джудит – лисичка. А у Мэйбл – камышовый кот.

На следующем уроке чар Флитвик попросил их продемонстрировать патронусов. Класс впечатлился.

– Кто еще умеет? Мисс Крауч?

Я взяла волшебную палочку. Птеродактиль величественно взлетел под потолок.

– Очень оригинально! – оценил Флитвик.

Нам добавили баллы. Поттер был в шоке.

– О прекраснейшие, о мудрейшие! Лучшие и достойнейшие! Не оставьте своих верных рыцарей прозябать во мраке невежества! – картинно опустился на одно колено Шеймус, как только урок был окончен. – Короче! Девочки… мы тоже хотим.

Профессор Флитвик хихикал на своей кафедре.

– Записи упражнений так и быть дам, – сказала я, – а насчет практики – к профессору.

Флитвик помахал рукой.

– Давайте, давайте, молодые люди! Если разберетесь со своим патронусом, милости прошу. С удовольствием проконтролирую исполнение заклинания.

– Упражнения? – переспросил Поттер. – Подожди! Надо же просто концентрироваться на самых светлых и счастливых воспоминаниях. Мне Сириус сказал.

– Нет, – покачала головой Лаванда. – Нужно концентрироваться на постижении своей сути. Мы все так делали. Нам Гермиона объяснила.

– Гермиона? – переспросил Поттер. – А…

– Есть книга магистра Квинипени, – сказала я, – только она в Запретной секции, необходимо разрешение. Там интересная теория. Оттуда я описание упражнений и скопировала.

– Ничего сложного, на самом деле, – сказала Парвати, – в Индии это обычная практика. Но в записях, что скопировала Гермиона, все очень понятно изложено, пошаговая инструкция.

Поттер недоверчиво смотрел на нас. Но ведь патронусов продемонстрировали все девочки. И врать при Флитвике смысла не было.

– Магистр Квинипени – известный специалист по развитию магического резерва, – насмешливо проговорил Драко, – он много путешествовал и знакомился с другими магическими системами. У него не только про патронусы интересные исследования. Правда, его книги – большая редкость.

– Именно, мистер Малфой, именно, – улыбнулся Флитвик, – пять баллов Слизерину. Но, молодые люди, вы на следующий урок не опоздаете?

– Ой! – подхватились мы все и помчались на занятия. У меня были руны. Поттер мрачно уселся за соседнюю парту. Похоже, что у него появился повод для размышлений. Интересно, почему он не спросил про патронуса у Тома? Хотя, скорее всего, заклинание ему демонстрировал Сириус. А потом рассказал про самые счастливые воспоминания. Вот Поттер и не стал уточнять у Тома.

Профессор Бабблинг собрала у нас свитки с домашним заданием и задала перевод. Я достала свой словарь и приступила к работе. Поттер покосился на недоступную для него теперь литературу. Похоже, что со мной опять начнут дружить. Мне не жалко дружить, только вот у Поттера все очень замысловато получается. И он все время будет пытаться подмять меня под себя. А я этого не люблю. Как тот самый боцман.

У Амбридж никаких претензий к нам не может быть. Мы даже не упоминали ЗОТИ. Просто захотели разучить интересное заклинание. Которое, кстати, является показателем нашей силы, знаний и умений. Ни о какой защите от дементоров и прочего речь не шла. И мы обратились за помощью к профессорам. Придраться не к чему. Записи Поттер может скопировать у парней, когда я им их передам. И попросить записку к мадам Пинс. Интересно, какой у него патронус? Не удивлюсь, если тираннозавр какой-нибудь.

Но пока Поттер ко мне не подходил. Прекрасно понимал, что попытку шантажа я ему не забуду. Как бы чего не выкинул, чтобы снова «подружиться». А тем временем про меня вспомнил Дамблдор. Нет, он меня не вызывал. Но на меня стали странно поглядывать. А потом декан спросила, правда ли, что от меня отказалась родная мать? Или я от нее?

– Это все не так однозначно, профессор, – сказала я, – но у меня был младший брат с врожденной маггловской неизлечимой болезнью – синдромом Дауна. А мама узнала, что после рождения ребенка-мага у магглов часто бывают проблемы с рождением следующего. Могут быть выкидыши. Или ребенок рождается больным. Она меня прямо не винит, но не хочет видеть.