— А у вас привычка грубить людям? — парировала Бет с некоторым возмущением. — Я первая сюда пришла. Если вы собирались заняться чем-то, что следует сохранять в тайне, следовало убедиться в том, что вы здесь одни.

— А вы дерзкая особа, — ответил мужчина, оглядывая ее с ног до головы. — Флорина будет достаточно, чтобы купить ваше молчание?

Бет не поняла этого вопроса и продолжала смотреть на него.

— Пять шиллингов? — сказал он.

И тут до Бет дошло, что он имеет в виду. Она и так была достаточно потрясена тем, что стала свидетельницей тайного любовного свидания, а предложение заплатить за молчание ее оскорбило.

— Да как вы посмели подумать, что мое молчание можно купить?! — возмущенно сказала девушка. — Меня не интересуете ни вы, ни ваша подруга. Было бы достаточно попросить меня никому не рассказывать о том, что я видела.

Мужчина несколько смягчился.

— Извините меня, — сказал он. — Я просто…

Он смущенно замолчал.

Теперь Бет почувствовала себя увереннее. Все это время она ощущала презрительное отношение экипажа к более бедным пассажирам, и теперь, поставив на место кого-то, кто путешествовал первым классом, решила, что сравняла счет. Бет подошла к поручню.

— Эта леди чужая жена?

Мужчина мог бы прийти в ярость, но, к ее удивлению, только погрустнел.

— Вы слишком молоды, чтобы понять, — сказал он со вздохом.

— Вы удивитесь, узнав, насколько я понятлива, — возразила Бет, думая о предсмертном признании матери. — Я знаю, что страсть заставляет людей вести себя безрассудно.

Он невесело рассмеялся.

— И что же, о мудрейшая, я должен делать, если влюблен в замужнюю женщину, которая несчастлива в браке?

Бет удивила и тронула его честность.

— Так почему же она вышла замуж за этого человека? — спросила девушка.

— Ее семья вынудила ее так поступить, — ответил он.

Бет задумалась.

— Но почему, в таком случае, она не уйдет от мужа?

— Вы меня удивляете, — сказал мужчина с легким сарказмом. — Я всегда считал, что девушки вашего типа считают брак священным.

Его замечание и предположение о том, что такие, как она, не могут мыслить свободно, рассердило Бет.

— Насколько я понимаю, брак по расчету трудно назвать священным.

— Вы злая, — сказал мужчина, пристально глядя на Бет. — Если бы вы не были так молоды, я бы решил, что вы говорите так, основываясь на собственном опыте. Но то, что вы предлагаете, все равно невозможно. Муж не отпускает ее от себя без надзора.

— Вы имеете в виду служанку? — спросила Бет. Она вспомнила, как женщина упоминала о ком-то по имени Эгги.

Он кивнул.

По непонятной причине Бет приняла близко к сердцу его проблему и захотела ему помочь.

— От нее можно будет легко избавиться, как только мы приедем в Нью-Йорк. Может, вашей леди стоит составить план?

— И какой же план может предложить нам маленькая дерзкая злючка? — спросил мужчина, слегка улыбаясь.

Бет хорошо понимала, почему эта женщина, Кларисса, шла ради него на такой риск. Дело было не только в его привлекательном лице, но и в непринужденных манерах.

— Думаю, она могла бы обратиться за помощью к другой женщине, — задумчиво сказала девушка. — Служанка не будет так пристально следить за вашей леди, если та станет гулять с подругой.

— Я об этом подумаю, — сказал он и на этот раз ослепительно ей улыбнулся. — Жаль, что вы не едете первым классом, а то я обратился бы к вам!

Бет весело рассмеялась.

— О да, мне тоже жаль, что я не еду первым классом. Думаю, там меньше людей, страдающих морской болезнью. Поэтому-то я вышла на палубу, чтобы подышать свежим воздухом. Но теперь мне пора идти, я замерзла.

— И я могу быть уверен, что вы никому ни о чем не расскажете? — Он вопросительно поднял бровь.

— Осторожность — мое второе имя, — хихикнула Бет.

— Тогда, мисс Осторожность, надеюсь, что нам еще доведется встретиться, — сказал мужчина с легким поклоном. — А теперь бегите к себе, пока не замерзли до смерти.

Остаток плавания прошел без приключений. Бет ни разу не видела любовников. Большая часть пассажиров третьего класса стала жертвой морской болезни, так что танцев, музыки и веселья не было. Бет занималась тем, что ухаживала за детьми людей, которые не могли уделять им внимание из-за плохого самочувствия.

Многие из тех, кому она помогала, называли ее ангелом, но Бет не видела ничего необычного в том, что заботилась о других людях. Она привыкла так поступать. Кроме того, здесь было слишком темно, чтобы читать, а на палубе так холодно, что никто не задерживался на ней дольше чем на десять минут. Ко всему прочему люди, которые нравились Бет, в том числе Мария и Брайди, чувствовали себя слишком плохо, чтобы с ней разговаривать.