Вскоре платформы были готовы, и профессор с дочерью приступили к монтажу самих устройств, синхронно фокусируя лучи.

— То, что я вам сейчас покажу, было открыто мной еще там, в лаборатории Константина. Я научился преобразовывать силу луча, что было испытано при преобразовании одного вида энергии в другие, а также при трансмутации химических элементов. Еще в те времена я был уверен, что до последнего слова в моем открытии очень и очень далеко. Поэтому мы покажем общественности нечто, что выходит за рамки просто генераторов энергии, но сделаем это, вовсе не превращая уран в свинец.

Есть добровольцы? — хитро прищурившись, задал вопрос ученый, и с воодушевлением посмотрел на своих дам…

Сегодня была пятница. Так уж вышло, что именно на этот день было назначено очередное слушание в суде. Валентина была уже в здании, когда задребезжал мобильный телефон. Пришла СМС-ка. Она включила его и прочла сообщение: «Так держать! Ты молодец! Удачи».

Странно, подумала она. Что бы это значило, и кто мог прислать это сообщение? Номер телефона, с которого это пришло, женщине ни о чем не говорил. Однако кто-то переживал за нее, и желал успеха. Это несколько успокоило Валю, и ее хмурое с утра настроение немного улучшилось.

Адвокату и самой уже было понятно, что если подсудимый и виновен, то у суда нет достаточно оснований, чтобы обвинять его слишком строго. Более того, опрос общественности показал, что мнение простых граждан, внимательно наблюдавших за процессом, постепенно смягчалось под действием тех фактов, которые постепенно открывались следствию.

Сегодня суд вызвал на дачу показаний профессора Светлова. Были также приглашены его жена с дочкой. Интерес у всех больше всего вызвал тот факт, что профессор попросил доставить несколько странных конструкций прямиком в здание суда. Работу их он собирался продемонстрировать судьям и общественности, но что это были за устройства, он пока не объяснил.

Теперь, единственный поначалу телевизионный канал, транслировавший ход процесса суда, теперь потерял свою монополию. Еще ряд телевизионных агенств подключились к передающим камерам, установленным в здании суда.

Судья несколько раз стукнул своим молоточком, призывая всех к вниманию. Сегодняшний день обещал быть очень тяжелым. Георгий Сергеевич хотел быть на высоте, как, впрочем и всегда. Этого требовал его статус. Ведь он был в центре всеобщего внимания, и именно ему предстояло вести тот самый процесс, при одном только упоминании которого, в любое время суток вызывало у него легкое чувство раздражения. С утра он чисто выбрился, позавтракал, предвкушая тяжелый день. И сейчас он сидел тут, за этим красивым, дубовым столом, время от времени стуча по столу, и успокаивая общественность. Поэтапно он предоставлял слово то стороне обвинения, то адвокату Константина.

«Как же неудобно сделана эта колотушка» — подумал он, когда при очередном ударе по деревяшке, рукоятка молотка, неудачно повернувшись, ударилась ребром. — «Ну вот, теперь будет вмятина» — подумал Георгий Сергеевич.

Первым же делом присяжные приступили к вопросу о том, был ли профессор Светлов насильно привлечен к тем работам, которые привели к созданию нового источника энергии, или работал добровольно.

— Дело в том — начала адвокат — что согласно показаниям самого профессора, и членов его семьи, их вовсе не похищали, и им никто не угрожал. Все происходило по той же схеме, как гражданин Правдин работал и с другими учеными, которых ранее нанимал мой подзащитный. Совершенно добровольно, за соответствующее вознаграждение, различные ученые работали в лабораториях, предоставленных в их распоряжение, и профессор Светлов не был исключением.

Слово дали самому ученому. Судий интересовало, правда ли то, что тот работал за вознаграждение, и требовали назвать сумму.

Наш славный ученый встал за трибуну, чтобы все в зале могли услышать то, что он сейчас ответит.

— Дело в том — начал профессор — что здесь не совсем корректно поставлен вопрос. Я хотел бы заявить, что свое изобретение, и конструкцию первого генератора я изготовил еще на базе лаборатории университета, в котором проработал более тридцати лет. Мой первый прибор не был всерьез воспринят учеными умами из моего окружения, которые посчитали его совершенно бесполезным. Позже меня обвинили в том, что я занимаюсь антинаучной деятельностью, и пригрозили уволить, если я буду продолжать свои опыты. То, первое мое устройство, которое мы вместе с учениками собрали в лаборатории университета, было благополучно разобрано и выброшено в мусор. После той неудачи я прекратил свои исследования.

— Так как же вы все-таки познакомились с Константином Правдиным? — задал вопрос судья.

Наступила тишина. Все давно хотели узнать ответ изобретателя. Замер и Тополь. Профессор запросто мог сослаться на то, что подвергся гонению спецслужб. Это было бы не смертельно, но приятного сулило мало, так как начались бы дополнительные разбирательства, результаты которых никто в их отделе не мог предсказать. На текущий момент, «Главный» уже отдал распоряжения своим людям, которые готовились к своим выступлениям в суде по этому делу. Однако то, как повел себя ученый, озадачило даже бывалого генерала, который так же, как и Тополь, внимательно следил за ходом суда.

— Мы познакомились в парке — негромко начал профессор — Я подсел на скамейку, где сидел молодой человек, и мы разговорились. Я тогда еще переживал по поводу своей неудачи, хотя прошло примерно полгода, после демонтажа моего первого генератора.

— После того, как выяснилось, что у нас с ним общий интерес, Константин предоставил мне лабораторию вкупе со всем необходимым оборудованием.

Агент Тополь облегченно вздохнул. Он мысленно поблагодарил Профессора, хотя и не совсем понимал его мотивов. Скорее всего, строил догадки он, об этом ученого попросил сам Константин. Парню явно не хотелось осложнять и без того неблагоприятную обстановку. Более того, тот явно доверял Тополю, и осознание этого факта неожиданно согрело агенту душу.