Великая Бабушка! Я не привык лицемерить, тем более перед лицом смерти, и должен сказать, что Всенародное Ликованье проявлялось лишь чуть обширнее, чем в прошлую Войну с Гнусным Врагом. Причиной этому – несомненно, предательские действия кого-то, приближённого к Квартире, – боги, спасите её жителей, спасите Высокородных членов Семьи! Мои Бывалые Воины, вступая в Дружбу с Новыми Молодцами, доносили мне о пагубных слухах, касающихся каких-то лиственных козней.

Меры были приняты, и Возмущённый Народ подверг справедливому наказанию некоторых отдельных отщепенцев, замеченных в Недостаточном Ликовании.

Далее, повинуясь Уставу Войны, я милостиво принял Добровольные Приношения от населения пищей и одеждой и отдал приказ выступать.

Как и всегда, на берегу, в виду Каверзного Острова, были установлены метательные орудия, дабы сокрушить Гнусного Врага. Как и всегда, Враг коварно ничем не проявлял своего присутствия.

Я действовал строго по Уставу Войны и в течение недели неустанно приказывал осыпать камнями Каверзный Остров.

На восьмой день, согласно Уставу, мной были посланы разведчики с обычными указаниями: ни в коем случае не заходя в воду, могущую быть отравленной Гнусным Врагом, внимательно обследовать взглядом берег Каверзного Острова.

Здесь я должен сознаться в легкомыслии, которое, тем не менее, привело меня к окончательной победе.

Один из разведчиков, вглядываясь во вражескую землю, обнаружил, что над линией берега возвышаются какие-то причудливые предметы зеленоватых тонов. Обнаружив это, он, от служебного рвения, упал в воду, что позволило установить: во-первых, её неотравленность, во-вторых, незначительность её количества над линией дна.

Я принял решение, Великая Бабушка! С огромным бережением, посылая вперёд лазутчиков, я начал переправу. Всё дно пролива представляет собой отнюдь не песок, а множество мелких и средних камней, составляющих сплошную массу.

Глубина нигде не превышает двух локтей.

Основываясь на этом, позволю себе повторить предложение, высказанное в официальном донесении: наше доблестное метанье камней в предыдущие Войны, из коих (камней) далеко не все долетали до Каверзного Острова, превратило когда-то глубокий пролив в отмель, вполне удобную для переправы.

Убедившись в этом окончательно, я дал приказ высадки. Тут-то и обнаружилось коварство Гнусного Врага. Весь Каверзный Остров (1 500 локтей в ширину, 3 000 локтей в длину) изрыт нашими метательными камнями. Но везде, в каждой трещине, в каждой расселине растёт трава, растут зелёные кусты, есть даже несколько неповаленных и цветущих деревьев. Более того, прямо на поверхности камней, брошенных в прошлые войны, местами можно было заметить зелёный, сочный мох. Дважды я своими глазами видел молодой мох на камнях, брошенных уже моей армией: на них сохранились отметки воинских складов.

Трижды я наблюдал неизвестных мне четырёхпалых животных, и 26 раз мне доносили о птицах.

Никаких следов Гнусного Врага на Острове не обнаружилось, и это лишний раз доказывает его могущество и нашу доблесть.

Коварная хитрость и вероломство противника, без всякого предупреждения спрятавшегося или покинувшего остров, привели к следующему. Все, и Бывалые Воины, и Новые Молодцы, высадившиеся со мной на Острове, отказались мне повиноваться. Они разбрелись по Острову, не желая ни построиться, ни сделать перекличку. Это было явное сумасшествие: они, например, пели песни, в которых, Прости Бабушка, нельзя было обнаружить и следа Ликованья. К чести моей сказать, я никогда даже и не слышал таких песен.

Ещё раз хочу подчеркнуть свою предусмотрительность. Ровно половина армии (115 ножей) была оставлена мной на берегу с приказом не трогаться с места трое суток, и ночью я переправился к ним с Каверзного Острова. Ввиду исключительности обстановки я позволил себе использовать Особо Секретные Камни, предназначающиеся, как сказано в Уставе, на случай непосредственной встречи с Гнусным Врагом.

Хвала Великой Бабушке, снабдившей армию таким мощным оружием. Через час на поверхности воды нельзя было разглядеть никакого следа Каверзного Острова.

Тем же утром я приказал сняться с места, дабы случайно подплывшие к берегу трупы не смогли смутить моих воинов.

Итак, я уничтожил Каверзный Остров, Гнусный Враг или погиб в его потайных норах, или, лишённый своего пристанища, скитается по Великой Родне, где его, конечно, не стоит труда обнаружить и уничтожить.

В благодарность за это я объявлен изменником, покушающимся на власть Великой Бабушки.

Я солдат и привык рисковать жизнью, но неужели эти интриганы и предатели смогут опутать нашу прародительницу?! Я не верю в это. Правда восторжествует.

Завтра утром, перед Круглым Камнем, я крикну в глаза этим изменникам: «Да здравствует Великая Бабушка и Соединённая Родня!»

Вот последнее слово полководца Хирдирфа.

Неяркое предвечернее солнце осветило и плоские камни города, и узкие улицы из жёлтого и белого камня, и редкие запретные сады, убежища от пыли и вони города, и Квартиру (я ещё не описывал её, да и описывать не буду, пожалуй), когда члены Семьи собрались в комнате ожиданий у Большого Парадного Зала.

Стол в Зале был уже накрыт, и служители почтительно удалялись: они не могли присутствовать на Обеде, так как не были допущены к Главному Таинству Семьи – Полному Лицезрению Великой Бабушки. Когда Зал опустел, члены Семьи, девятнадцать высокороднейших лиц (недобор – Авова и Ясава не было), вошли и расселись по старшинству. Согласно Церемониалу, семнадцать мгновений они просидели молча и без движений. Это время считается оптимальным для достижения состояния глубокого внутреннего экстаза.